Читать интересную книгу ""Фантастика 2025-161". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Бачурова Мила"

Бросив быстрый взгляд за спину, Стриж увидел оседающего наземь остроухого. Раскрывшееся крыло вспороло бедолагу от паха до горла. Не спасла даже кольчуга, распоротая в местах ремонта.

В следующий миг в стоящего рядом с пленниками эльфа влетела стрела, угодив тому аккурат в глаз.

Удивляться времени уже не оставалось: справившись с замешательством, остроухие дружно бросились на Стрижа. Тот машинально парировал укол копья и, сам того не осознавая, резко развернулся и взмахнул крылом. На лицо брызнуло солёным: одного из нападавших разрезало напополам.

Где-то в стороне свистнуло и ещё один эльф рухнул со стрелой, торчащей из глазницы.

К чести остроухих, они не ударились в панику и не бросились бежать. Может, они и были заносчивыми дикарями, но это не мешало им быть ещё и умелыми воинами.

От стрелы, пущенной точно в щель шлема, Лёха рефлекторно заслонился крылом, одновременно всаживая кинжал в горло другого противника.

Мысль взлететь и просто оставить ушастых с их разбитыми надеждами почему-то не посетила голову Стрижа. Кровь буквально вскипела от жажды действия. Лёхе смертельно надоело бегать, выжидать, осторожничать и проявлять терпение. Хотелось уже выплеснуть скопившуюся злость.

А её скопилось много. Очень много.

Крылья превратились в разящие клинки, ставшие продолжением даже не тела или разума, а инстинктов. Крики, стоны, предсмертные хрипы, хруст костей, лязг металла — всё смешалось в чудовищную какофонию. Лёха бил кинжалом, уворачивался от ответных ударов в лицо, кромсал крыльями, с трудом успевая протирать визор от брызг крови.

Не помогало: глаза словно залило багровой пеленой ярости.

Когда Стриж пришёл в себя, то осознал, что стоит посреди кучи изуродованных тел, некоторые из которых ещё подёргивались в агонии. Гнусно смердело свежей кровью, потрохами и дерьмом из распоротых кишок.

Болела распоротая скула, но Лёха совершенно не помнил кто, как и когда успел его достать.

— Вот дерьмо… — просипел он и едва узнал собственный голос.

Во рту ощущался противный медный привкус, но была то своя кровь, или чужая — Стриж не знал. Сплюнув, он оглядел себя и понял, что с ног до головы заляпан кровью и ошмётками плоти.

За спиной послышался тихий шелест ткани. Стриж рывком обернулся, готовый к бою… и опустил кинжалы.

На перемазанного кровью монстра испуганно смотрели пленные эльфы. По их виду было ясно, что сейчас они страстно желали оказаться как можно дальше отсюда.

— Ньет убьить! — смутно знакомый женский голос с трудом пробился сквозь замутнённое сознание.

Отыскав взглядом его источник, Лёха увидел вчерашнюю знакомую с подаренным арбалетом в руках. Оружие эльфийка благоразумно опустила, явно здраво оценив собственные шансы.

— Я и не собирался, — буркнул Стриж, не до конца уверенный, кого убеждает — девушку, или себя самого.

Мысль о том, что она может его попросту не понять, докатилась с опозданием и он просто отошёл, стараясь не наступать на покойников. Эльфийка правильно истолковала его посыл и поспешила к друзьям, по пути забрав нож из безжизненных пальцев.

Лёха отстранённо наблюдал за тем, как она освобождает пленников, автоматически отмечая бессмысленные сейчас детали. Зафиксировали их умело: связали руки за спиной, усадили в две шеренги спиной к спине и привязали к длинной жерди. А для верности разули и затянули на щиколотках верёвочные петли, пережимающие сухожилия.

Освобождённые принимались растирать затёкшие конечности, причём одни старались не смотреть на чужака в окровавленной крылатой броне, а другие не могли оторвать от него взгляды.

Очень хотелось выбраться из доспеха и окунуться с головой в воду, но здравый смысл подсказывал, что спасённые могут не погнушаться выпавшей возможностью и прикончить таки чужака ради древнего артефакта. Ну а в благодарность за то, что он их спас, они может даже прикопают его где-нибудь, а не освежуют ради костей.

Чтобы как-то отвлечься, Стриж расправил крылья и свёл те перед собой. У металлических перьев появились узкие, в пару пальцев шириной, режущие кромки.

Он мог поклясться, что не видел их раньше.

«Мне нравится наш новый наряд», — сообщила демоница, появившись перед ним в облике обнажённой женщины, с ног до головы покрытой кровью.

Она улыбалась, скаля острые зубы.

«Это ты?» — глядя на неё опустошённо спросил Лёха.

«Это мы», — длинный раздвоенный язык скользнул между девичьих губ и слизнул кровь со щеки.

Странно, но эта мысль не вызвала шока или внутреннего сопротивления. Наоборот, внесла ясность, объяснив и произошедшее, и состояние Стрижа.

«Ты обещала не воздействовать на мой разум», — напомнил он, не чувствуя при этом особенного негодования.

«А я и не воздействую, — улыбка демоницы всё больше напоминала оскал. — Мы учимся друг у друга, проникаем друг в друга. Я начинаю понимать, каково быть человеком, а ты, похоже, начал ощущать что такое быть демоном. Кажется, со временем мы станем чем-то новым. Единым целым».

Одним гибким плавным движением она подошла, приблизила губы к его уху и шепнула:

«И даже смерть не разлучит нас».

Глава 12

Странно, но мысль о слиянии с демонической сущностью не вызвала у Стрижа особых эмоций. Да, разум твердил, что это ненормально, неправильно, но в душе царил странный союз опустошения и умиротворения.

Что особенное, в сущности, произошло? Он убил врагов. Они это заслужили, да и напали первыми. Вон, даже кого-то спас. По сути — выполнил свою привычную работу, как много раз до этого в прошлой жизни. Порывов впиться зубами в свежатину у него не появилось, значит всё под контролем.

Взгляд зацепился за женскую фигуру, рассечённую пополам металлическим крылом. Внутри царапнуло чувство неправильности происходящего, но беспокоящее ощущение тут же растворилось в приятном спокойствии.

Просто очередной враг. Какая, в сущности, разница — женщина это или мужчина?

«Правильно, — окровавленные губы демоницы расплылись в ухмылке. — Мы же не дремучие сексисты».

Она наклонилась и чувственно провела языком по окровавленной щеке покойницы.

Впервые Лёху не передёрнуло от такого зрелища.

Если подумать, он всегда знал, что этим всё и закончится. Ещё там, на Земле. В душе каждого, прошедшего войну, поселяются свои демоны. Такова цена.

И пусть его демон не был поэтической метафорой, многое ли это меняло? От него, по крайней мере, была ощутимая польза.

Под испуганными и ошарашенными взглядами пленников, Стриж приступил к методичному обыску покойников.

Ему нужна была информация и даже у мертвецов можно узнать что-то полезное.

На глаза попался труп вожака, практически разрубленный напополам. На лице эльфа застыло выражение изумления, словно он не мог поверить в собственную смерть.

Если у кого и есть что-то ценное, то у командира группы.

В его заплечной сумке обнаружилось нечто странное: туесок с золотыми фруктами, больше всего напоминающими яблоки. Прикасаться к ним Лёха, наученный горьким опытом, не стал. Но вес туеска с восемью плодами был слишком мал для металла. Так могли бы весить самые обыкновенные яблоки.

— Что это? — спросил Стриж, продемонстрировав уже освобождённым пленным находку.

Судя по тому, как жадно сверкнули их глаза, фрукты они узнали.

Старая знакомая подошла ближе к Лёхе, кивнула одному из своих собратьев и сказала что-то на своём певучем языке. Тот с явной неохотой подчинился и тоже подошёл.

По этому, а также тому, как остальные остроухие поглядывали на неё, Стриж счёл, что девчонка имеет вес в отряде. Может даже командует им: не зря же она единственная ехала верхом на саблезубом.

— Амьбьросия, — с благоговением выдохнул подошедший эльф. — Пьища бесьмерьтний.

Звучало как дикарское суеверие, уходящее корнями в греческие мифы. Только там, кажется, амброзия была напитком. Или дымом, идущим от жертвенных костров? Лёха не помнил.