Читать интересную книгу "Золотая легенда. Святые мужи - Иаков Ворагинский"

не мог и шагу ступить из дома, хотя за минуту перед этим небо было совершенно ясным. Это потоки ее слез изменили царившую в природе благодать и вызвали бурю. Божий человек рассердился и сказал:

— Да простит тебя Господь, сестра! Что ты наделала?

— Я же просила тебя, — ответила она, — но ты не слушал меня. И вот я помолилась Господу, и Он меня услышал. А теперь ступай своей дорогой, если можешь!

И вышло так, что всю ночь они провели в святых беседах и взаимных поучениях. О чудо! Три дня спустя, когда он вернулся в монастырь, святой поднял глаза к небу и увидел душу сестры в виде голубя, пронзающего тайные сферы небес. Тогда он повелел перенести тело ее в монастырь и положил спать вечным сном в могилу, которую приготовил для себя.

Однажды ночью, когда Бенедикт смотрел в окно и молился Господу, он увидел распространяющийся по небу свет, столь яркий, что он рассеивал всю темноту ночи. Казалось, весь мир собрался в этом солнечном потоке и предстал у него перед глазами. Потом он увидел душу Германа, епископа Капуи, которая возносилась на небеса, и спустя некоторое время узнал, что в этот час душа епископа отлетела от его тела.

В тот год, когда ему суждено было покинуть эту жизнь, святой предсказал день своей смерти и поведал о нем братии. За шесть дней до кончины Бенедикт приказал открыть свою могилу. Святой страдал приступами горячки, становившимися тяжелее день ото дня. На шестой день он сам дошел до храма, где в последний раз причастился кровью и телом Христовым. Затем, все еще стоя, поддерживаемый своими монахами, он воздел руки к небесам и отдал душу посреди молитвы.

В тот день, когда святой Бенедикт покинул сей мир и отошел ко Христу, двум монахам было видение; один из монахов находился в келье, а второй — вдали от монастыря. Они увидели сверкающую дорогу, устланную ковром и освещенную бесчисленными лампами, поднимавшуюся на небо к востоку из кельи Бенедикта. Человек прекрасной наружности, стоявший над дорогой в сверкающем свете, спросил монахов, знают ли они, что за дорогу видят перед собой. Они ответили, что не знают, и он сказал:

— Это дорога, по которой Бенедикт, любимый Богом, поднимается на небеса.

Святой был погребен в молельне Святого Иоанна Крестителя, которую он построил на развалинах храма Аполлона. Он преставился в 518 году по Рождеству Христову во времена Юстина Старшего[211].

Часть шестая

Святые отцы

Иоанн по прозвищу Хризостом[212]

Иоанн по прозвищу Хризостом, или Златоуст, был уроженцем Антиохии, сыном родителей благородного происхождения Секунда и Анфузы. «Трехчастная история»[213] дает нам полное описание его жизни, наследства, характера и тех несчастий, которые пришлось ему вынести.

Иоанн стал рано заниматься философией, но затем оставил это занятие, чтобы полностью посвятить себя Священным Писаниям. Он был рукоположен священником и служил слишком строго по своей ревности к целомудрию. Он был скорее груб, чем вежлив, и, поскольку всегда сосредоточивался на том, чтобы совершать правильные поступки в настоящем, был неспособен посмотреть вперед на последствия своих действий. Те, кто плохо его знал, могли посчитать его раздражительным в беседах, но он был прекрасным учителем, умевшим замечательно объяснять и прояснять суть, а также несравненным стражем строгой морали.

В царствование цезарей Аркадия и Гонория, при понтифике Дамасе[214], Иоанн был рукоположен священником в подчинявшемся Риму Константинополе. Решив раз и навсегда изменить жизнь клира, он возбудил среди него ненависть к себе: они считали его сумасшедшим и клеветали на него повсюду. Он никогда никого не приглашал к себе отобедать и не хотел быть приглашаем другими. Ходили слухи, что он ведет так себя потому, что манеры его за столом чудовищны. Другие же говорили, что он никого не приглашал разделить с ним трапезу, поскольку предпочитал только самые дорогие и изысканные блюда. Правда же заключалась в том, что строгое воздержание часто причиняло ему тяжкие головные и желудочные боли, потому он и избегал праздничных застолий.

Народ любил его за службы, проводимые в храме, и не обращал внимания на то, что говорят завистники. Недоброжелательность по отношению к нему выросла еще больше, когда Иоанн принялся обличать людей высокого положения.

Один эпизод продемонстрировал всем действительную суть Иоанна. Евтропий[215], препозит императора, бывший в тот год консулом, захотел отомстить некоторым людям, искавшим спасения в церкви. Поэтому он сделал так, что император издал закон, уничтожающий право таких беглецов и предписывающий церквам их выдачу. Но спустя недолгое время Евтропий сам впал в немилость у императора и побежал за спасением в церковь. Епископ Иоанн, услышав об этом, вошел в храм и обнаружил там препозита спрятавшимся под алтарем. Прямо тут же он произнес речь, полную жестоких упреков и обличений самого Евтропия. Нежелание Иоанна смилостивиться над несчастным и то, что он продолжал порицать его, многих настроило против епископа. Евтропия взяли в темницу и обезглавили. По многим причинам многие люди критиковали и грубо укоряли Иоанна, и число этих людей все росло и росло.

Теофил[216], епископ Александрии, был озабочен тем, чтобы сместить Иоанна и заменить его священником по имени Исидор, а потому