всего, погибли в его доме.
— Не стоит исходить из того, что он вам говорил, Семен Евгеньевич.
— А какой смысл было врать, если пришелец собирался от меня избавиться?
— Чужая душа — потемки. Особенно настолько чужая.
— Почему они сами не стреляли? Оружие ведь было.
— И тут мы ничего конкретного сказать не можем.
— А этот охранник, он все свои действия помнит? — Отсутствие ответов меня нисколько не смущало, но хотелось хоть что-то для себя прояснить.
— Вплоть до мельчайших подробностей. Он очень испугался, когда увидел пистолет в руках бандита. Боялся, что не успеет воспользоваться своим.
— И выстрелил только раз? Странно, я бы на его месте всю обойму выпустил.
— Потом его ударили, как он говорит.
— Неужели бывают такие случайности? Пуля, предназначенная одному, удивительно точно поражает другого? А бьют стрелка лишь после выстрела.
— Гадать можно сколько угодно. Плохо, что подчиненные Шарга выжили и продолжают активно действовать. — Алексей Степанович в задумчивости барабанил пальцами по столу. — А женщина, похоже, причастна и к взрыву, и к твоему спасению.
— Со вторым я спорить не собираюсь, но ваше первое утверждение вызывает сомнения.
— Обоснуй.
— Пока не могу. Просто не вяжется у меня…
— Семен, — дотронулась до плеча Людмила, — а зачем они разбитые очки с собой забрали? Боялись оставить отпечатки пальцев? Так вроде в перчатках были.
— Ты умница! — Девушка натолкнула меня на неуловимо ускользавшую до того мысль. — Алексей Степанович, давайте прокрутим пленку назад. До момента, когда бандит обхватил колени жертвы.
— Как скажете, — пожал он плечами.
— Вот это место! Можно увеличить изображение? Меня интересуют глаза нападавшего.
Молодой паренек, сидевший за монитором, быстро увеличил картинку.
— А ведь это не очкарики, господин полковник. Смотрите на глаза.
— И что в них особенного?
— В том-то и дело, что ничего. А у подчиненных Шарга вокруг радужки глаз располагаются очень заметные красные лучи.
— Ничего не путаешь?
— Нет. И тогда все становится на место. Дамочку убили не сторонники, а противники Шарга, зачем-то специально маскируясь под очкариков.
— Плохо, — вздохнул он. — Все это лишний раз доказывает, что они пытаются отвлечь нас от чего-то важного.
— Нужно еще раз переговорить с Иваном.
— Боюсь, это небезопасно. Кстати, мы наведались в квартиру, где висел его пиджак. Мужчина снимает там комнату. По документам — Широков Иван Леонидович, тысяча девятьсот шестьдесят пятого года рождения. Уроженец Рязанской области. Паспорт настоящий.
— И что это нам дает?
— Я распорядился раскопать всю подноготную Широкова. Если чужаки успели его обработать, вряд ли мы сумеем отыскать рычаги воздействия на этого человека. Но вдруг что-то осталось?
— Хотите сыграть на его привязанностях?
— Только не смотрите на меня, как на чудовище! Да, иногда приходится действовать не самыми чистыми методами. Однако когда на другой чаше весов безопасность страны, особо церемониться не приходится.
— Выходит, если у человека нет близких, то при определенных обстоятельствах это только на пользу?
— Для некоторых видов деятельности отсутствие привязанностей является непременным условием. В противном случае возможен провал, — жестко произнес полковник. — Поэтому прежде чем решиться на что-либо рискованное, человек должен быть уверен, что люди, которыми он дорожит, в безопасности.
«Семен, здравствуйте! Мы с дедом прилетаем в аэропорт „Домодедово“ завтра в три часа дня. Была бы очень рада, если бы вы нас встретили. Я почему-то перестала чувствовать ваших друзей, и это меня сильно беспокоит. Михаил Федорович не разрешил звонить вам на сотовый, но мне очень хочется снова вас увидеть».
«Ну вот, только заговорили о привязанностях, и моя сестричка объявилась. А ведь полковник прав, ее нужно срочно отправить в безопасное место».
— Алексей Степанович, я выйду на пару минут? Позвонить нужно.
Уже за дверью вытащил подаренный Людмилой телефон. Достать его было непросто — после встречи с Шаргом я оборудовал для него специальный карман, где даже при обыске его обнаружить проблематично. Набрал номер. Пожалуй, единственный, который помнил наизусть.
— Наташка, привет! Как отдохнула?
— Здравствуйте! Здорово, что вы позвонили! Завтра приедете?
— Не уверен. Дедушка далеко?
— Рядом. Дать ему трубку?
— Ага.
— Слушаю, — раздался голос генерала.
— Приветствую вас, это Семен. Не хотел пугать Наташку и говорить, что все наши погибли. Мы тоже в долгу не остались, но ситуация все еще сложная. Внучку лучше спрятать подальше от Москвы.
— Понял. Мне понадобится для этого пара дней, потом жди.
— Я сейчас сотрудничаю с органами, так что помощь не нужна…
— Когда приеду, ты мне все расскажешь, а я сам решу. Тебя по этому телефону искать?
— Да.
— До встречи.
Я вернулся в комнату и, чтобы полковник не успел поинтересоваться моим разговором, сразу задал вопрос:
— И как мы поступим с господином Широковым?
— Охоту на него устраивать не будем. Думаю, скоро он сам на вас выйдет.
— И что потом?
— Как только даст о себе знать, сообщите мне. Эх, найти бы способ, как лишить этого типа возможности телепортироваться. Вам Илья ничего не рассказывал?
— Нет.
— Жаль. Представляю, какими возможностями обладает его учитель!
— А я и представить не могу.
— Хорошо, здесь вам больше делать нечего, отправляйтесь домой. Вас отвезут.
(В то же самое время)
Валерия отправилась не по магазинам. Она вернулась к дому, откуда они вчера так спешно выехали, и попыталась обнаружить наблюдателей полковника. Как ни странно, подозрительных лиц поблизости не оказалось. И все же войти в подъезд она не рискнула. Завернув за угол, остановилась возле глухого, без окон, торца здания, осмотрелась. Не заметив никого рядом, быстро взлетела на крышу, а с нее уже спустилась на свой балкон.
Дверь почему-то оказалась запертой изнутри, хотя Лера накануне возвращалась специально, чтобы ее открыть. Это стало первой проблемой при проникновении в собственную квартиру. Хорошо, что на балкон выходило и кухонное окно. Тот, кто закрывал дверь, не мог знать, что у форточки уже месяц сломан замок ручки. Стоит лишь толкнуть створку сильнее — и она откроется.
Через нее Лера пробралась внутрь. Вчера она возвращалась не только для того, чтобы открыть балконную дверь. Девушке показалось подозрительным столь поспешное бегство из собственного дома, и она решила установить два подарка Грунева. Один сигнализировал о несанкционированном проникновении в жилище, а второй вел запись деятельности непрошеных гостей, активизируя шесть потайных мини-камер. К сожалению, они не могли передавать запись на расстояние. Поэтому, получив ранним утром тревожный сигнал на сотовый, Валерия решила проверить, кто заходил в дом в отсутствие хозяев и что ему там понадобилось.
Осторожно передвигаясь по линолеуму, она поочередно подходила к каждой видеокамере и с помощью специального блока считывала информацию. Сев за компьютер, она поняла, что кто-то двигал и клавиатуру, и мышку.