к нам за стол…
Наставница в этот день явно была в приподнятом настроении и даже не пыталась скрывать своих чувств, что для нее было совершенно нетипично. А уж обниматься… И ладно б еще наедине друг с другом – за прошедшее время между бывшими наставницей и ученицей уже успели установиться практически дружеские отношения, так что она уже не скрывала от Аурмид своих чувств, прячась за маску суровой и беспристрастной наставницы. Но сейчас, при других?! Это было чем-то новеньким и совершенно неожиданным!
Поприветствовали Аурмид и вторая наставница с Менелтором. Долгое время они говорили «обо всем и ни о чем», вспоминали прошлое, пока как-то незаметно разговор не вышел к нужной теме.
- Наш народ вымирает, - наконец-то заявил Менелтор. – Знаешь, сколько квенди было еще пару тысяч лет назад?
В ответ Аурмид лишь отрицательно помотала головой. Статистикой она никогда особо не интересовалась.
- 420 тысяч, - ответила Куинмалинель. – Да-да, именно что…
- Но почему так? – удивилась Аурмид.
- А за это надо сказать спасибо клану бывшей императрицы! – в глазах Куинмалинель сверкнула ненависть. – Эти твари тысячи лет скрывали от нас знания, которые могли бы дать процветание нашему народу, привести его к светлому будущему! Но они так боялись за свою власть, что предпочли все скрыть!
- А пятнадцать тысяч лет назад было больше миллиона квенди, - добавил Менелтор. – Хотя сама же знаешь… В Книге Кланов значится без малого две тысячи кланов, но лишь 773 из них «живые»…
- Так вы все знали заранее??? – изумилась Аурмид.
- Не знали, -ответил Менелтор. – Но догадывались… Да и на Суде… Я еще тогда, когда прислали твой вызов, понял, что бывшая императрица нам врала. Она, конечно, была уверена, что никто ничего не понял, но меня-то не обманешь!
- Но почему вы тогда не вызвали ее на Суд Вечности?
- Смелая ты… - усмехнулась Куинмалинель. – Думаешь, легко на такое решиться? Я несколько раз хотела так сделать, но словно останавливало что-то… Не было уверенности в том, что не ошибаюсь. И мы ждали…
- Но чего вы сейчас хотите?
- Мы хотим возродить былые славу и могущество нашего народа! – заявила Куинмалинель. – Долгие века уроды из клана Звездного Стрелка скрывали от нас знания, но теперь все будет иначе! Мы будем изучать и преумножать древние знания! Мы восстановим Страну света, возродим забытые ремесла создадим непобедимые армии – и тогда весь мир узнает, что мы не «разумные животные» и не дьявольские отродья! Тогда ни одна мразь, бандит или работорговец, не посмеет ступить на землю Большого Леса! И твои друзья-люди могут нам в этом помочь…
В глазах Куинмалинель сверкала фанатичная уверенность в своей правоте, она даже внешне изменилась и всем своим видом демонстрировала святую убежденность в своей правоте, и Аурмид вдруг стало страшно.
- Так это… заговор? – у Аурмид буквально полезли глаза на лоб.
- Да! Заговор! – весело усмехнулась Куинмалинель. – Заговор, которому уже без малого три сотни лет. Он начался еще при наших бабушках и дедушках, когда был создан Орден Утренней Зари!
- Три сотни лет? А почему Утренней Зари? – несколько невпопад спросила Аурмид.
- Потому, что наша победа стала бы Рассветом новой, Пятой эпохи! – ответил Менелтор.
- Кстати, тебя мы давно на примете имели, - произнесла Куинмалинель. – В наше время, к сожалению, мало тех, кто лишен предрассудков и способен самостоятельно мыслить, и ты как раз из таких. Так что я думала лет через десять, как повзрослее станешь, привлечь тебя к нашей работе…
Да уж, вот и впрямь день откровений… Впрочем… Вспоминая учебу в Доме Мудрости, Аурмид вдруг поняла, что Куинмалинель и впрямь несколько выделяла ее из среды других учеников. Так неужели уже тогда?
- Но ведь… по обычаям вы уже становитесь отступниками?! Вы осмелились на заговор против самой императрицы! – удивилась Аурмид.
- «Отступники»? – произнесла вторая Наставница, и вдруг рассмеялась. – А ты хоть знаешь, кого обычно производят в отступники? Тех, кто посмел перечить императрице и не выполнить ее приказы! Тех, кто высказывает новые мысли, которые вызывают страх у императрицы и ее холуев! Вот кто такие в большинстве своем «отступники»!
- Вот оно как…
Впрочем, о подобном Аурмид уже подсознательно догадывалась… Взять хоть ее собственный пример!
- Знаешь, сколько порядочных людей эти твари уничтожили или заставили отречься от своих идей? – вновь вступила в разговор Куинмалинель. – Меня вон тоже дважды обвиняли в отступничестве всего лишь за то, что посмела высказать прочитанные в древних книгах идеи! Знаешь, как это унизительно – знать, что ты права, и стоять на коленях, прося прощения за свои «заблуждения»? и видеть эти наглые ухмыляющиеся рожи, которые делают вид, что делают мне гигантское одолжение! Никогда не прощу им этого своего позора!
Как и прежде, Куинмалинель даже и не пыталась скрыть свои чувства, и сейчас она буквально пылала ненавистью. Да, существуй реально в мире магия – одной этой ненависти хватило бы для того, чтобы превратить того, против кого она направлена, в горстку золы. И Аурмид вновь стало несколько страшно…
- Но почему вы за три сотни лет так и не добились своей победы?
- А ты думаешь, что все так просто было? – уже спокойно, приходя в себя, произнесла Куинмалинель.- Мы сначала пытались влиять на наследников императорского клана, воспитать их в нужном русле. Но кончилось это тем, что моя мать попала в опалу и была отстранена от воспитания наследницы престола. И с тех пор мы лишились подхода к ним… И тогда мы пришли к выводу, что Большому Лесу нужна новая императрица! Та, что будет двигать вперед науку, развивать ремесла и укреплять могущество нашей страны! Мы смогли сделать главой Совета Кланов члена нашего Ордена, мы начали вносить раскол в окружение императрицы, сеять вражду между кланами, поддерживающими власть ее клана, начали готовиться к тому, чтобы взять власть, как только очередная императрица совершит какую-нибудь непростительную глупость, которая позволит лишить ее власти решением Суда Кланов… И вот теперь нам выпал шанс!
- А вы не боитесь лишиться своего положения? – спросила Аурмид. – Ведь в Стране Света не было кланов! Не было высокородных с низкородных! Не было квенди, людей или рогачей!
- Ну и что? – усмехнулась Куинмалинель. – Пусть каждый занимает то положение в обществе, что заслужил своими