себя строишь? Задушевного разговора захотел? Ладно. Знаешь, кто Де Вито упокоил?
— Знаю. Но вам с ними лучше не связываться.
— Это мы без сопливых решим. Кто они?
— Вам устроить встречу?
— Проще назвать имя и адрес человека, на кого они работают.
— И только-то?
Я не знал, что говорить. И не был уверен, что лучше: тянуть время или, наоборот, разозлить бандитов, чтобы все это быстрее закончилось. Разум отказывался работать. Ответы не успевали выстраиваться в единую схему — когда после каждого ожидаешь боли, соображать очень трудно. В любом случае правду я им выкладывать не собирался. Пока смогу.
— Я начинаю терять терпение. Кто нанял вдовушек? Где его можно найти?
— Записывайте: Поттер, Гарри. Отчества не знаю. Хогвартс, Великобритания.
Как там говорят: чем невероятнее новость, тем легче в нее поверить? Я решил выдать самую дикую. Странно, поговорка не сработала, они опять мне не поверили. Помню первые два удара по лицу, и один мой — ногой в пах. Кажется, я не промазал. Потом резкая боль уволокла в спасительную темноту.
На этот раз не возникло ни лепестков, ни шестиугольной плиты. Только диски. Сначала прозрачные, их были тысячи. Затем появились черные — несколько десятков, потом заметил золотые — тоже немного. Они постоянно соударялись друг с другом, иногда разбиваясь на множество осколков. Самыми хрупкими оказались прозрачные, черные и золотые лишь отскакивали при столкновениях, но при жесткой встрече друг с другом не выдерживали и они.
Мысли о том, что это, блуждали где-то на самом краю сознания. Подумаешь, броуновское движение дисков! Что хотят, то и вытворяют. А это зачем? В нескольких местах всеобщего хаоса неожиданно образовались пустые пространства. Пустовали они недолго — именно туда устремились осколки кружочков. Частицы собирались вместе, начинали вращаться, глядишь — вот и он, новый диск готов. Чаще — прозрачный.
Затем перед глазами возникла зона, в которой собрались осколки сразу трех типов. Они также закружились вокруг некоторого центра, при этом разнородная масса то и дело вспыхивала. Чем сильнее частицы уплотнялись, тем чаще происходили вспышки. Когда смесь достигла размеров стандартного диска, произошел взрыв, на несколько секунд окутавший его дымом. Я интуитивно угадал, какой цвет будет у нового диска. Он действительно оказался белым.
— Семен! — Кто-то немилосердно хлестал меня по щекам и тряс за плечи.
— Отстаньте, — промычал я, но, когда заметил нависшее надо мной лицо в зеркальных очках, очнулся сразу. — Кто вы?
— Не суть важно. Не стоило вам выводить этих ребят из себя, — спокойно произнес мужчина.
— Они первые начали. — Странно, я не ощущал страха.
Хорошо же меня обработали. В груди все ныло, словно каток переехал, голова гудела, как трансформатор, и почему-то болело горло.
— Знаю, видел, но это не повод отвечать взаимностью. Их было четверо.
«Интересно, в каком смысле он употребляет слово „было“? Неужели парни решили, что я отбросил коньки, и смотались, не дождавшись Ильи? Или они и Грунева с собой прихватили?»
— Считать я умею, а вот сдерживаться — не всегда. А вы зачем здесь?
— Есть вопросы. В Химках наших людей ты убил?
Прямо слет любопытных бойскаутов! Этот хотя бы не дерется. Пока.
— Нет. Даже пальцем не тронул.
— А кто?
— Честное пионерское — понятия не имею. Сам бы хотел знать. Никого даже не заметил. — Опыт недавнего общения давил на психику, заставляя говорить только правду.
— Хорошо, тогда расскажи, что видел.
Перебил он меня всего один раз, когда я описывал изменения внешности Ляли.
— Она реально помолодела?
— Да, но потом сразу умерла. — О своих зеркальных наблюдениях я просто умолчал.
— Странно, странно. — Очкарик дотронулся кончиками пальцев до верхней части лба. — Может, это и есть разгадка?
— Чего?
— Недавно в прессе проскочила информация о внезапном вымирании целого племени в джунглях Амазонки. На трупах не было ни одного видимого повреждения, и среди них не оказалось ни стариков, ни людей среднего возраста, только молодежь и дети. Ладно, продолжай дальше.
Когда я закончил рассказывать, мне стало чуть легче. Боль никуда не ушла, но немного притупилась. Я даже смог присесть, опершись о ствол дерева. Меня начинало распирать настороженное любопытство. Во-первых, непонятно было, куда подевались любопытные типы в масках: неужели ждут, когда чужак закончит беседу, и возобновят разговор «по душам»? Во-вторых, что собирается делать сам очкарик? Предыдущие встречи с этими ребятами ничего хорошего мне не приносили.
— Понятно, — задумался собеседник. — В общем, так, Семен. С тобой хочет встретиться один человек. Есть два варианта. Первый — ты приходишь к нему сам. Преимущества этого варианта в том, что мы временно прекращаем охоту на твоих друзей. Гарантирую хороший прием и приятную беседу за чашкой чая. А чтобы ты не заблуждался в отношении реальности угрозы для приятелей… Нам известно, где они сейчас находятся, и уничтожить их особого труда не составит. — Он назвал точный адрес нового убежища. — В случае твоего отказа от добровольной явки будет реализован второй вариант. Мы все равно доставим тебя куда нужно, но сначала уничтожим всех, кто имел контакт с синим камнем. Поверь, их осталось немного.
— Зачем я вам понадобился?
— Все ответы получишь во время встречи. Согласен?
У меня не было сомнений, что очкарик без труда выполнит свои угрозы.
— Когда и куда нужно ехать?
— Уважаю здравомыслящих людей, — кивнул он. — Теперь несколько условий. До встречи не советую обращаться к властям, могут помешать.
— А вдруг они сами на нас выйдут?
— Оставайтесь в известной нам квартире, и никто вас не тронет.
Так, теперь нас начнут охранять очкарики. А потом все будет зависеть от исхода нашего разговора? Мутная перспектива, но все же лучше немедленной смерти.
— Надеюсь, мы поедем не прямо сейчас? — хотелось узнать время.
— Держи. — Он протянул мне тонкую пластинку. — В течение этой недели тебе обязательно перезвонят, чтобы назначить место и дату встречи. Считай, что сегодня тебе крупно повезло, парень. Еще четверть часа назад у меня имелись совсем другие инструкции.
Мужчина развернулся и не спеша направился прочь. Я быстро полез во внутренний карман ветровки, вытащил зеркальце и поймал отражение очкарика. Над незнакомцем висел черный диск без лепестков. «Значит, мне не показалось!»
— Ни хрена себе! — раздался голос Ильи. — Семен!
— Тут я!
— Ты, что ли, их положил? — Грунев подошел и помог мне подняться.
— Кого?
— Ну и физиономия у тебя!
«Неужели опять по лицу настучали?! Их за это поубивать мало! Снова ходить с синяками?»
Опираясь на плечо приятеля, сделал несколько тяжелых шагов. Илья раздвинул ветви орешника.
Да, открывшаяся взгляду картинка была не для слабонервных! Четыре мужика в неестественных позах загорали на травке. Похоже, каждому свернули