Свифт на удивление хорошо заскользил рядом с царицей бала. Белые гирлянды, белые шары, белые елки, белые сверкающие стены от многочисленных белых лампочек, слепили танцующих, но еще больше слепило сидящих, платье Жманны неземной красоты.
Фритюр, с огромной цепью на шее, на которой висела бляха с крупными черными алмазами, сидел важно, и был доволен всем происходящим. Ему удалось представить алмазы с гор. Его нисколько не заботило, что летчики вертолета остались ни с чем.
Важно, чтобы Жманна была блистательнее всех.
В минуты триумфа, у Фритюра появлялось желание любить женщину, он уже предвкушал ночь любви с Жманной. Цена ночи – алмазные россыпи. Если последние цари любили балерин, то Фритюр решил, что танцовщица, это где-то рядом, но она приятней балерин, и размеры у нее стройные, но не мелкие, не худосочные. Любовь Фритюра и Жманны диктовалась Фритюром. Он решал любить или нет, и отказы не воспринимал, ему было бесконечно все равно, чего хочет Жманна. Иногда она привыкала жить в подчинении, у нее не была иного выхода, она всегда была под охраной и всегда была готова к любви Фритюра. Вот и это алмазное платье ей было приказано надеть на себя.
Как она боялась бриллиантов, почти физически! Наряды она любила, и ей их приносили домой, и портнихи приходили домой. Все услуги массажисток для нее были организованы дома. Дома у них был и банкетный зал. Жманна была против поездки в платье с бриллиантами, но кто ее послушает! Фритюр сказал, что так надо! Надо, так надо. За стенами сверкающего, белого праздника, за стенами банкетного зала стояла группа людей в темной одежде. В руках они держали странные предметы.
– Мы не будем в зале нападать на людей, пусть выйдут на улицу, все разойдемся по машинам, и будем наблюдать.
– Увозим одну Жманну, остальные нам не нужны, шарф с Айстры надо сорвать, а ее не трогать!
– Если шарф не возьмем, ее заподозрят.
Ужин закончился пением князя Серебряного. Охрана встала в два ряда. Минуя импровизированный строй гвардейцев, Жманна прошла до своего огромного автомобиля.
И в этот момент произошла заминка, как из-под земли образовалась такая толпа странных людей, что никто, ничего не понял. В машину, рядом со Свифтом, села я, надев белокурый парик. Под шубой из соболя у меня не блестели бриллианты, а шарф с меня уже сняли охранники, но это заметили не сразу. Жманну, как пушинку унесли сквозь толпу и посадили в другую машину. Ее платье продолжало сверкать в моих глазах.
Глава 31
Женщина прикурила от маленького пистолета, украшенного переливающимися камнями.
Поделка была необыкновенно хороша. Глаза ее смотрели на сигарету, тоненькую, тоненькую. Ногти с поставленными ногтями, были разрисованы, как картины. Тонкий нос был красив и безупречен. Полные губы улыбались ласково и невинно. Полный мужчина с выращенными волосами на голове, с большим перстнем с черным алмазом на правой руке, курил большую, большую сигару. Пара сидела на балконе очень известной актрисы.
С высоты десятого этажа вид на округ открывался широко и естественно. Еду подавала сама актриса, это был ее заработок, так как роли в кино бывали у нее редко, а в театре работать она не любила. Маленький мраморный столик и два кресла стояли на балконе, стены которого были покрыты деревом под старину. В проеме балконной двери стоял передвижной столик с едой и напитками.
– Жманна, ты довольна? – спросил полный мужчина у красивой женщины.
– Филипп Савельевич, да, я довольна, здесь были многие известные актеры, но как я докажу, что я здесь была?
– Без проблем, сфотографирую тебя сотовым телефоном, я не шучу, в него встроен еще и фотоаппарат.
– Разумно, но фотографировать надо с актрисой.
– Зинаида, будьте любезны, к нам подойти. Хорошо. Встаньте рядом с Жманной, благодарю вас, естественно не бесплатно. Замечательно!
Почти сразу он показал им фото на сотовом телефоне. Зинаида улыбнулась деньгам, которые ей протянул стареющий Филипп Савельевич. Жманна улыбалась по другой причине, ведь она теперь с известной актрисой в одном кадре! Актриса увидела в руках Жманны красивую игрушку и решила прикурить. Зинаида поднесла свою сигарету прикурить к зажигалке.
Жманна нажала на курок зажигалки, и окровавленная актриса повалилась на пол.
Филипп Савельевич и Жманна быстро покинули квартиру актрисы. Актриса была женщиной одинокой, и даже собаку не держала. Дверь захлопнулась. Жманна посмотрела на соседние двери, в них не было глазков, это было сделано по просьбе Зинаиды, чтобы соседи не видели ее гостей. Пара быстро вышла из подъезда, села в джип и уехала в неизвестном направлении. Следующая пара пришла на обед к актрисе через два дня. Они позвонили, постучали, им никто не ответил, и они ушли.
Я пришла к Зинаиде на четвертый день, у нас были назначены съемки балкона, я делала клип с участием известной актрисы, и та была заинтересована в моем визите.
Дверь молчала на мой стук и звонки, я позвонила по сотовому телефону, в ответ в квартире запищал телефон. Я заподозрила, что-то неладное, и позвонила соседке, та ответила мне, что последние дни актрису не видела. По сотовому телефону я вызвала детектива Ваню Баха.
Дверь в квартиру вскрыли. Дверь на балкон была открыта, рядом с дверью лежала актриса, в руках она держала целую сигарету. На балконе были видны следы пиршества двух человек. Или хозяйка принимала одного гостя, что маловероятно.
Детектив Бах сказал мне, чтобы я по квартире не разгуливала, но я успела, посмотреть на балкон, и заметила блеск алмаза рядом с актрисой. Я быстро схватила камушек. Бах хотел отнять у меня камень, но я сказала, что знаю, где использовался камушек. Детектив заинтересованно посмотрел на меня и на камень.
– Господин детектив, такой камень был на рукоятке дамского пистолета, мы выполняли заказ по украшению пистолета – зажигалки, хозяйку зовут Жманна.
– Простите, а вы откуда все знаете?
– Я хозяйка фирмы по обработке алмазов.
– А это не вы познакомили Жманну и Зинаиду?
– Боюсь, что, к сожалению – я.
– Я, я – передразнил меня детектив, – опишите внешность Жманны.
– Молодая, дорогая, красивая женщина.
– Много сказано. Оставьте свои координаты и можете идти.
– Бах, а когда ты их успел забыть?
Он не ответил.
После баллистической экспертизы, детектив Бах узнал, что стреляли из дамского пистолета, и что пулька в нем необыкновенная, – это острый кристалл.
Детектив Бах позвонил мне.
– Айстра, вас беспокоит детектив Бах, вы не могли бы приехать ко мне и как можно быстрее?
Я села в машину и через пятнадцать минут была в кабинете Баха, где сидели еще трое мужчин. Все они внимательно посмотрели на меня, как на ангела спасителя.