один знаю, как всё было!
— А разве нет? — усмехнулся герой, — все остальные сломя голову бежали из города. Остались только ты, да я, — произнес он с некоторой гордостью.
— Точно. Значит, надо будет написать поэму. Об этих событиях!
— Эй, стой, — замахал руками Кигус, — никаких больше поэм! Хватит с меня насмешек! И если я узнаю, что за время своего отсутствия ты….
— О, кого я вижу! — раздался вдруг знакомый голос, — сам сэр Кигус!
Герой обернулся. По дворцовым ступеням, прямо навстречу ему, спускался сэр Робек. Весеннее солнце блестело на его лысине, а пышные рыжие усы гордо топорщились.
— Куда путь держите? — он неспешно подошел ближе, вальяжно положив ладонь на рукоять своего меча.
— И вам добрый день, — слегка поклонился герой, — меня пригласили на встречу с его величеством, — повторил он за шепотом своего невидимого спутника.
— Вы только что оскорбили меня, сэр Кигус! — грозно воскликнул рыцарь.
— Чем же?
— Тем, что считаете, что правая рука короля не знает об его планах, — расхохотался тот, — идёмте. Он уже давно ждет вас, — и зашагал обратно ко дворцу. Герою оставалось лишь поспешить за ним.
Они прошли сквозь новые массивные двери, покрытые изящной резьбой, в недра этого роскошного здания. Дух приключений принялся было запоминать его красоты. Вот только сэр Робек направился не в богато украшенный тронный зал, а в какие-то узкие полутемные коридорчики. Кигус осторожно шел следом.
— Я думал, мне следует направиться в приемную или к трону, — задал он вопрос, который нашептал ему невидимка.
— Эх, ты же умный мужик. Должен догадываться, что у всякого уважающего себя человека, есть место, где можно скрыться от надоедливых вельмож, просителей и самое главное собственной дочери. Особенно в моменты плохого настроения.
— А у его величества что, плохое настроение? — с легкой опасливостью спросил герой.
— Да. И уже давно.
— И в чем причина?
— Причина, Кигус, — сэр Робек вдруг повернулся к нему лицом, — в том, что есть вещи, на которые даже могучие владыки не могут повлиять. Хотя и очень желают, — процедил он и направился дальше.
— Всё могут короли…всё могут короли… и судьбы всей земли, вершат они порой… — тихо напел дух приключений, — кажется, я понял, в чём дело.
— Да? — чуть отстав, переспросил его герой, — и в чём?
— Эх, всё по моему плану. Тому, где куча строк. Всяких чудищ, мы уже побеждали. Теперь вот настало время ехать свататься за короля.
— Чего?
— А что тебе не понятно? У каждого уважающего себя героя, был момент, когда какой-нибудь король, отправлял его вместо себя свататься к какой-нибудь красавице. Это же классика, это знать надо!
— Тьфу, — отмахнулся Кигус, — не поеду я никуда свататься! И вообще, там речь была о великих героях. А я как-то не такой.
— Голема же побил!
Герой много хотел сказать о том, как он побил голема, как у него всё потом болело и много еще чего. Но тут сэр Робек остановился и приоткрыл невзрачную дверь.
— Сюда, — коротко бросил он.
Кигус вздохнул и шагнул внутрь. Дверь за ним тут же захлопнулась, а сам «правая рука» короля остался сторожить коридор.
Герой оказался в небольшой комнатке-прихожей. Здесь царил полумрак, стояли всякие небольшие диванчики, столики и пуфики. Ничего особенного. Оглядевшись и не найдя короля, Кигус прошел дальше, отодвинув тяжелые бархатные занавески.
Та комната была куда больше. Сквозь высокие витражные окна падали разноцветные лучи света, ярко освещая помещение. Здесь была и кровать с роскошным балдахином, такая красивая и чистая, с белыми простынями. Совсем не то, что в Болотном замке. Еще привлекал внимание массивный дубовый стол, на котором стояла пара чаш с фруктами и три графина с вином. Несколько огромных и мягких кресел, а еще большой цветастый ковер на полу. На стенах картины, изображающие пейзажи королевства, несколько гобеленов со сценами охоты и побоищ.
— Ну вот. Ты явился, — мрачно процедил чей-то голос, пока Кигус рассматривал комнату. Герой обернулся — в одном из кресел, развалившись, сидел король Вильгельм II. На нем не было короны, волосы слегка растрепались. Да и всем своим видом, он больше напоминал усталого человека, чем великого владыку. В таком виде, действительно, следовало бы скрыться от посторонних глаз, чтобы не поползли неудобные слухи.
— Что, герой…. Видел статую у входа, а? — поморщившись, бросил владыка, лениво болтая вино в бокале, — понравилась?
— Да, ваше величество, — отозвался Кигус.
— А, по-моему, — король залпом допил остатки напитка, — полное дерьмо. Что-то не вижу у тебя ни крыльев, ни доспехов. Да и в тот раз их не было. А всем остальным понравилось, визжали от восторга.
— Если эта статуя так плоха, то её ведь можно снести, — осторожно произнес герой.
— Мне плевать на неё, плесни еще вина.
— Вот, — Кигус налил ярко-красной жидкости в протянутый бокал.
— И себе!
— Я…. — начал, было, герой, но Вильгельм II грубо прервал его:
— Налей и сядь. У нас будет серьезный разговор, — оставалось лишь повиноваться.
— Из самых лучших виноградников Королевства. Одна бочка стоит целое состояние, а ты отказываешься, — пробурчал он, делая щедрый глоток. Похоже, что в последнее время он пил это дорогое вино, как воду, — скажи мне, что ты думаешь об этом Миртусе?
— Ну, — герой осекся и слегка задумался, — он не плохой паренек.
— Именно, — криво усмехнулся владыка, — паренек. Жалкий мальчишка. А ведь теперь он станет королем. При этом у него нет стержня, нет воли. В нем нет никакой силы!
Кигус молча пригубил вино из своего бокала. Оно действительно было неплохим. Не такая кислятина, что в тавернах. Однако платить за него целое состояние он бы точно не стал.
— Как он будет править? Вдобавок он замужем за моей дочерью. Я люблю её всем сердцем, но согласись — она упряма и своенравна. Умеет только кричать и требовать. А уж какие безумные желания приходят в её голову…. — речь прервалась еще одним щедрым глотком.
— Лучше молчи, — прошептал дух приключений, — а то вдруг посадят за оскорбление королевской особы.
— Это будет замечательная парочка на троне. Не удивлюсь, если Нимфильда пожелает башню до неба, а этот дурачок спустит на это всю казну! Проклятье! Я начал уже думать, что мне нужен нормальный наследник. Может, мне подыскать себе новую жену? Есть у вас на Горной равнине достойные женщины?
— Ага, — тихо, но торжествующе зашептал дух приключений, — я же говорил, что свататься будем!
— Даже не знаю, — пожал плечами Кигус, — может есть. А может, и нет.
— Героям не до женитьбы, да? — вновь усмехнулся король, — знаешь, моя жена была для меня всем. Алиссия…. Она была замечательной, она была… — тут голос Вильгельма II слегка дрогнул,