Читать интересную книгу "Materia Prima 1-8 - Вова Бо"

корабля.

Чем ближе я был к голове кита, тем меньше становилось симбионтов, но тем крупнее они были. Однако двигаться стало легче, потому что по крупным целям проще попадать.

В итоге я оказался в нужной точке. Здесь в шкуре кита была странная трёхметровая дыра, вокруг которой наросло столько кораллов, что место походило на уродливый вулкан, который вылепил из пластилина криворукий ребёнок.

Из этого отверстия периодически вырывался в облака поток очень странной мутной энергии. Я не понимал функционала этого китового органа, но энергия шла таким плотным фоном, что попадать под неё было опасно.

Если проводить аналогию, то кит будто бы плевался эйб-радиацией, которая сильно загрязняла энергоструктуру. Если таким потоком обдать обычного спирита, то там и вязь, и мутация, и кости жидкими станут.

Значит, энергопузырь находится где-то тут. Тесак впивается в плоть. Шкура у кита толстая, но вот под ней в основном жировая прослойка. Разряд зелёной молнии прошёл через лезвие прямо в плоть. И хоть сил у меня прибавилось, это всё равно что слона зубочисткой тыкать.

По телу кита прошла судорога, а затем меня чуть не сорвало в небо, так как туша резко ухнула вниз. Я лишь каким-то чудом удержался за рукоять тесака. Так и летел ногами кверху, вцепившись в оружие.

Так, всё, становимся серьёзными. Солнечное Копьё вонзилось в плоть монстра, оставив после себя дымящуюся воронку. Кит взревел так, что у меня внутренности начали вибрировать. Значит, мимо.

Второе Копьё — в этот раз левее и ниже. Метаю, и тут же раздаётся взрыв, меня отбрасывает, а в небо вырывается плотный поток энергии вперемешку с чёрной кровью и слизью. Кит начинает вилять из стороны в сторону, а затем его кренит набок. Попал.

Полет продолжился по нисходящей спирали ещё несколько минут, пока туша с грохотом не врезалась в землю, пропахав рожей несколько километров. Но я к тому времени уже спокойно парил неподалеку.

Слизь стекала с меня целыми струями, воняла, кажется, сама кожа. Очень хотелось залезть в жерло вулкана и отмыться в потоках лавы, потому что обычный кипяток эту дрянь не возьмёт, как мне кажется.

Но дело сделано. Туша лежала на земле и дёргалась в конвульсиях. По ней бегали пауки, которые тут же принялись пожирать то, что осталось от их дома. Вот так вот они мгновенно перешли из симбионтов в падальщиков.

Впрочем, не мне их винить. Это глубина, тут все выживают, как могут.

Я уже видел мелкие точки, движущиеся к поверженному титану. Около сотни людей, облачённых в одежду из шкур, с костяным оружием. С криками и гиканьем они, словно муравьи, облепили тело кита, с помощью крюков начали забираться на тушу. Пошли первые столкновения с пауками.

Я же спустился чуть в стороне, где остановилась группа спиритов.

— Великая охота, Рейн-хиш, — произнёс старый шаман, у которого с посоха свисало с десяток мелких костяшек. При каждом движении они бренчали, выдавая странную мелодию. — Великий воин.

— Без твоих советов ничего бы не вышло, Асамай. Сам бы я в жизни эту тушу не повалил. Это наша общая победа.

— Грязный пузырь, — кивнул шаман. — Без него Парящие не живут. Можешь идти, Рейн-хиш. Остальное сделаем мы. Твоя доля с добычи будет велика, как и твоё мастерство. За это можешь не переживать.

— Я не переживаю. И всё равно, будь осмотрителен, Асамай. Это ничейные земли, а запах может привлечь падальщиков.

— Как решит глубина, — склонился в поклоне Асамай. — Мы примем её решение.

— Да, да… Но глубина не всегда хочет убить народ Асамая. Иногда она просто хочет его испытать. И тогда лучше поглядывать в оба глаза.

— Старый Асамай внемлет мудрости того, кто видел тёмные воды. Мы выставим дозоры и проявим осторожность.

— Отлично. Тогда полагаюсь на вас.

Я пошёл обратно. Просто пошёл, потому что летать уже не хотелось. В глубине небо отличается. Чем выше поднимаешься, тем плотнее становится воздух. Ощущение такое, будто продираешься через жидкий клей.

Да и устал я за этой тварью гоняться. Сначала пытался перехватить ещё как только дозорные Асамая заметили его на горизонте. Потом догонял, потом драка. Устал. Да и идти тут недалеко, туша приземлилась очень удачно от Кар-Краха.

Так что через несколько часов я вернулся в город. Отмылся в горячих источниках в недрах горы. Теперь я вонял не слизью, а вполне привычной хлоркой. На самом деле это не хлорка, а какие-то водоросли или растения, что добавляли местные, но запах очень похож.

В городе видели падение кита и уже начали готовиться к празднику — большая охота, великая добыча. Жир кита очень ценился кочевниками, мяса хватит на год, а то и больше. Из полых костей можно будет много чего сделать, в том числе и новое оружие для молодняка. Рунным резчикам предстоит много работы, чтобы превратить обычные кости в грозное оружие.

Ну а мне достанется почти половина эйба. Я мог забрать и весь, но решил не ссориться с целым народом из-за такой мелочи. К тому же дружить с кочевниками оказалось очень выгодно. Например, у меня тут был целый дом.

Вернее, пещера. Но зато очень большая, расположена на самой вершине, а ещё хорошо обустроена. Так что я вернулся к себе, откинул полог и снял маску. В лицо ударил прохладный воздух. Пахло терпкими сушёными травами, которые чтящие меняли регулярно.

На полу лежали свежие шкуры, на столе еда, мешки вновь наполнили очищенной водой. Навстречу мне вышла молодая девушка в просторных одеждах, на шее костяное ожерелье, которое я подарил ей.

Молодая, красивая, чуть худовата на мой вкус, но в её больших глазах плескалось такое обожание, что оно затмевало всё остальное.

— Рейн-хиш, — поклонилась она.

— Асилина, — я подошёл ближе и поцеловал девушку, получив нежное объятие.

— Великая охота?

— Окончена. Глубина благоволит народу Асамай. Скоро твоё ожерелье пополнится костью Большого Парящего.

— Не перестаю тобой восхищаться, — вновь поцеловала она меня.

А мои руки уже поползли ниже, забираясь в складки платья, но девушка внезапно отстранилась.

— Он… — замялась Асилина. — Твой раб очнулся.

— А, блин… — закатил я глаза. — Очень вовремя. Ладно, тогда в другой раз.

— Мне нужно встречать отца с Великой Охоты, — печально улыбнулась она. — Но я вернусь при первой возможности.

— Иди, — поцеловал я девушку напоследок и проводил взглядом.

Асилина была внучкой Асамая, шамана и главы народа Асамай. Не то чтобы он был настолько самовлюблённым, чтобы назвать народ в свою честь — как раз наоборот. Это главу называли именем народа. У них тут вообще всё шиворот-навыворот.

Асилина была чтящей. Это что-то вроде местных