Читать интересную книгу "'Фантастика 2026-52'. Компиляция. Книги 1-19 - Александра Шервинская"

аккуратно коснуться ниточки, которая незримо тянулась от меня к Егору. Пусть парень знает, что я его нашёл, не бросил, и что всё идёт по плану.

Закончив с этим, я бодро направился к краю деревни, туда, где, если верить карте, находилось болото, сожравшее часть деревни вместе со старым кладбищем. Того, что Мари может меня учуять, я по-прежнему не опасался: блокировка из металла и земли, она же в обе стороны работает. Снаружи не чувствуется творящаяся в подвале магия, но и туда ничего не проникает, вот ведь какая штука.

Остановившись на краю, я прислушался и покачал головой: да уж, не хотел бы я вот так после смерти мыкаться. Так как я и не думал скрываться и прятать свою природу, то заметили меня достаточно быстро.

– Некромант, – прошелестело рядом, и передо мной возник призрак старика, который когда-то давно, наверное, выглядел очень представительно. Сейчас же от него остался обглоданный временем и болотными тварями костяк, рваная аура и ненависть ко всему живому. – Что тебе здесь нужно?

– Да вот, – я присел на кочку, спугнув пару крупных лягушек и одну змею, – пришёл к вам с выгодным предложением.

– Нам ничего не нужно, – прошипел старик, но тут рядом с ним появилось ещё несколько теней.

– Ты, Севостьян, за себя говори, – с неприязнью посмотрев на того, кто вылез первым, проговорила тень высокого парня, который умудрился сохранить даже подобие человеческого облика. Такое редко, но случается, видимо, крепко за жизнь цеплялся, да и силы много изначально у него оказалось.

– Зачем ты пришёл, некромант?

– Да вот хотел узнать, не надоело ли вам тут в болоте с лягушками воевать, – равнодушно глядя на него, ответил я, – если вас всё устраивает, то посижу немного, воздухом подышу да и пойду обратно.

– Чего спрашиваешь, – качнулась ещё одна тень, – сам знаешь, что плохо нам здесь. Ты пришёл нас уничтожить, да? Не знаю, как другие, а я и сопротивляться не буду, опостылело мне тут.

– Зачем же сразу уничтожать? У меня есть предложение получше, – я внимательно окинул взглядом приличную такую толпу призраков, – хочу предложить вам сделку.

Через полчаса я попрощался с будущими обитателями пока ещё заброшенного погоста в Зареченске и вернулся к машине. Как и предполагал Погостник, обитатели бывшего кладбища деревни Пушники готовы были практически на всё ради возможности обрести некую, пусть и иллюзорную, определённость. И кладбище с его порядком и Хозяином – который, правда, пока не в курсе того, какой социальный лифт я ему приготовил – вполне вписывалось в эту картину.

Нашёлся, кстати, среди мертвецов и совсем свежий, недавно прибившийся к основному, так сказать, коллективу: им оказался невезучий мужик, которого Мари наняла обустроить подвал. Последние минуты своей жизни он помнил плохо, но про погреб рассказал всё подробно, и его рассказ лишь подтвердил мои догадки.

– Поехали к Шаме, – сказал я Ванге, который успел вздремнуть и теперь заразительно зевал, – мы ещё сможем часиков пять-шесть поспать, а утром позавтракаем очередными умопомрачительными вкусняшками и поедем за парнями.

Глава 29

– А теперь немного толчёного чернокорня, – бормотал дед Синегорский, неспешно помешивая в медном котелке на удивление вонючее варево, – так, ещё немножко… так… отлично… а теперь тишина!

Мы, все те, кто был в лаборатории, послушно замолчали, потому как мешать травнику, накладывающему заговор на готовое зелье – это очень и очень рискованное дело. Одно неверно произнесённое слово – и всё, надо начинать с самого начала. В других обстоятельствах оно было бы и не страшно: ингредиенты есть, характер у Фрола Дормидонтовича вспыльчивый, но отходчивый, так что можно было бы… Но у нас категорически не было времени на повтор всех манипуляций, поэтому мы трое – Сава, Ванга и я – послушно заткнулись и сделали вид, что нас вообще тут нет.

Мерзкого вида жижа, булькающая в котелке, пыхнула, выдала здоровенный пузырь, который с громким «чпок» лопнул, и Синегорский быстро проговорил что-то, больше всего напоминающее набор непонятных слов. Какое-то время ничего не происходило, а потом бурда стремительно поменяла цвет с грязно-болотного на серебристый.

– Готово, – довольно сообщил нам травник, – моя разработка, личная, так сказать, эксклюзивная. Полчаса это зелье тебя точно удержит, Сава, ну а больше тебе и не потребуется, я правильно понимаю, Антон?

– Абсолютно так, Фрол Дормидонтович, – подтвердил я, – примите моё искреннее восхищение. Вы настоящий кудесник! За неполные три часа сотворить «якорь» такой силы – это почти за гранью.

– Ну так одно дело делаем, – отмахнулся травник, но по голосу было понятно, что похвала ему приятна.

Я оглядел своё воинство и вздохнул: чем ближе был так называемый «час Х», тем сильнее мне хотелось, чтобы время остановилось. Во мне боролись два примерно одинаково сильных чувства: с одной стороны я жаждал наконец-то закрыть вопрос с Мари, чтобы эта мерзавка перестала топтать землю и творить свои беззакония. Я сам, конечно, далеко не ангел, но берега стараюсь видеть. С другой стороны, я привык рисковать только собой, а здесь впутанными в войну оказались люди, которые не были для меня разменной монетой. И Егор, и Сава, и Ванга – всех их втянул в наши с ведьмой разборки именно я, и мне потом жить с чувством вины, если с ними что-нибудь случится. Значит, нужно постараться сделать так, чтобы они уцелели, и я вроде бы продумал все риски, но всего не предусмотришь.

– А как мы узнаем, что началось?

Ванга говорил очень тихо, но я всё равно услышал и ответил:

– Так как Егору нужно будет оказаться рядом с Кромкой, то я неизбежно почувствую, что нить его жизни опасно натянулась. Так как для того, чтобы пройти туда, куда Мари нужно, потребуется соблюдение многих условий, из подвала, экранирующего любую магию, они выйдут, у них просто выбора не будет. Далеко не уйдут, да это и не надо. Все помнят, что и как?

Мои… друзья… как бы странно ни звучало это слово из уст некроманта, дружно кивнули, мол, да, босс, всё помним, замерли на низком старте.

– Сава, тебе, пожалуй, придётся тяжелее всех, – я повернулся к на удивление спокойному пограничнику, – как только я уйду, глотаешь зелье и отправляешься на Кромку. Делаешь ровно шесть шагов от того места, куда попадёшь, и стоишь намертво, как бы двусмысленно это ни звучало. От тебя будет во многом зависеть, насколько сложно мне будет вернуться. Есть у пограничников такой дар: удерживать границу между миром живых и миром мёртвых, хотя они им и не пользуются. Зелье увеличит именно эту сторону твоего дара. Ни