Читать интересную книгу "Materia Prima 1-8 - Вова Бо"

из воспоминания, которое мы выбрали. На самом деле это был прямой микроконтакт, установленный с помощью Четверга. Всего лишь визуализация глубоко внутри моего разума.

— Решил напомнить мне о моём величайшем позоре? — раздался голос из колодца. — О том, как низко я пала?

Я спокойно уселся на деревянную лавку и сложил руки домиком, раздумывая над тем, что я вообще тут делаю. Из колодца медленно поднялось серое марево, которое начало постепенно складываться сотней тонких вуалей в женскую фигуру. Статную, высокую, но при этом размытую, без чётких очертаний. Образ подрагивал, но при этом оставался цельным, хотя никаких деталей разобрать было нельзя.

— Выбирал между этим местом и жерлом вулкана, — ответил я.

— Разумный выбор. Но дипломатия всё равно не является твоей сильной чертой, Рейн.

— Как мне тебя называть?

В храме повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом теневого савана, что медленно расползался по полу во все стороны.

— Иха. Можешь звать меня Ихой, Рейн.

Что ж… Это был прогресс. Раньше из неё вообще ничего было не вытянуть, а тут хоть представилась наконец-то.

— Приятно познакомиться, Иха. Можешь звать меня Рейном.

— Ложь. Возведённая в многовековую традицию, названная вежливостью, стала сутью, подменяющей истину. Потому человечество и заслужило то, что с ним случилось. Вы давно подменили понятия и сами не заметили этого.

— Я здесь не для лекции по философии.

— Конечно нет, младший. Ты здесь, потому что начал осознавать масштаб проблемы. На глубинном, интуитивном уровне. Но разум твой ещё сопротивляется истине. Ничего страшного, когда придёт аватар древнего, просто соври, что рад его видеть, наверняка поможет.

— Ты видела нашу битву, ты была там. Ты знаешь, как его победить?

— Ты упустил эту возможность. Надо было бить со всей силы, пока он был слаб. Теперь поздно. Да и это бы не помогло. Аватар — всего лишь сосуд. Сломаешь один — на его место встанут тысячи новых.

— Ты готова была сражаться. Значит, шансы есть?

— Нет. Я готова была сражаться без надежды на победу.

— Почему тогда?

— Ты знаешь ответ. Он лежит на поверхности. Твой маленький друг уже озвучил его.

И снова тишина. Я раздумывал над услышанным, Иха меня не торопила. Время тут было понятием относительным, субъективным. Весь наш разговор вряд ли займёт дольше десяти секунд в реальном мире. Спешить некуда.

— Ты искин, готовый умереть в бою с паладином Эбола. Это твоя задача?

— В какой-то мере.

— Кто тебя создал? И когда? Кто твой владелец?

— Это не имеет значения. И я не собираюсь отвечать на этот вопрос.

— Ты боевой ИИ?

— Я не знаю, что это означает.

— Какие твои основные функции?

— Впусти меня и узнаешь.

Я вздохнул. Принять Иху, впустить в свою энергоструктуру постороннюю кодировку, способную к самообучению… Без административных прав доступа, без информации о протоколах, функциях, задачах и подзадачах, без вшитых ограничителей. Самоубийство.

— Этому не бывать, — озвучил я мысль. — До тех пор, пока я не смогу убедиться в твоей абсолютной лояльности.

— Знаю. Не поверишь, но знаю. Просто дразню тебя, Рейн.

— Как можно остановить паладина?

— Ох, задачка не по плечу маленькому человечку, который даже не человечек, а так, копия человечка. Победить бога может только другой бог. И даже моих сил тут будет недостаточно. Победить одного из Семерых может один из Семерых. Но для этого надо стать паладином, слугой, рабом, на что ты никогда не пойдёшь.

— Четверг, даже не вздумай, — остановил я его. — Просто помолчи.

— Но ведь… Ты… Уже… Мой… Ладно, так уж и быть.

— Иха, — обратился я к пелене. — Ты бы не стала говорить со мной просто так. У тебя есть что предложить, так предлагай, не растрачивай мощности понапрасну.

— Есть то, что способно тебе помочь. Не в борьбе с богом, но с его аватаром. Вопрос времени, когда он найдёт тебя. Храмов много, и не все они на виду. А каждый, кто хоть раз молился Эболу, может стать его глазами и ушами, даже против своей воли. Ты не сможешь прятаться вечно. В твоём доме сто двадцать шесть человек. Каковы шансы, что никто из них ни разу не просил Эбола ни о чём? А?

— Конкретнее. Что ты предлагаешь?

— Тебе нужен третий слой глубины. Место, откуда я прибыла. Я даже могу провести тебя туда.

— И что мне там делать?

— Бога может убить лишь другой бог. Против Эвола тебе нужен свой. Опустошённый. Он был сильнейшим из нас. Я знаю, где находится место его силы, и проведу тебя туда.

— Допустим. Что взамен? Чего ты хочешь?

— Это не обмен. Это в моих же интересах. Я не стану тебе ничего объяснять. Ты всё равно мне не поверишь, и ты всё равно спустишься на третий слой. Со мной или без меня — это уже неважно. Ты либо сделаешь то, что нужно мне, либо умрёшь от рук аватара.

— Откуда мне знать, что это не очередная ловушка? Что ты не ведёшь меня на смерть?

— Третий слой глубины. Конечно же я веду тебя на смерть, это тебе не летняя прогулочка по цветущему саду, Рейн. В девяти случаях из десяти ты там погибнешь, даже не добравшись до места силы. Но у тебя есть время, чтобы подготовиться, пока тебя не прижали к стенке. Жаль, что ты все равно потратишь его на ерунду, будешь добывать информацию, искать подтверждение моим словам. И чем глубже ты будешь копать, тем больше аргументов «за» ты найдёшь.

— С чего ты так решила?

— С того, что я говорю правду. Тебе нужна сила бога. Взять её можно лишь двумя способами: либо подчинив бога, либо подчинившись ему. На второй вариант ты не пойдёшь, на первый у тебя силёнок не хватит. Но Опустошённый — мёртвый бог. Тебе нужно просто прийти и забрать себе его силу. Бесхозную, которая просто лежит там, куда никто никак не может добраться.

— Звучит как бесплатный сыр.

— Любой сыр сгодится, если ты голодаешь. Я всё сказала. А, нет, не всё. Последнее… Когда будешь искать информацию, учти, что до Опустошения бога звали иначе. Ищи сведения о боге Адаме Синте.

Я поднял голову. Резко. Ихи уже не было, лишь серое облачко медленно оседало на поверхность колодца. Богиня сама разорвала контакт. Значит, и правда больше нечего было сказать, и её искин принял самое рациональное решение — поберечь ограниченные ресурсы.

— Четверг? Есть хоть малейший шанс, что она как-то могла узнать имя Адама Синта от нас?

— Анализирую, поднимаю данные. Наибольший риск был в моменты, когда нас сканировал Понедельник, он точно мог. Нет, Иха в те периоды оставалась