Окончив ее, он попадает в бристольский театр «Олд Вик». За три года (1955—1958) О'Тул сыграет 73 (!) роли, среди них – Джимми Портер в тогда еще неизвестной пьесе Джона Осборна «Оглянись во гневе». Двумя годами позже он здесь же сыграет Гамлета – и его назовут «рассерженным Гамлетом». Этот бородатый, энергичный Гамлет станет кумиром целого поколения, его духовным лидером.
К ролям, сыгранным в Бристоле, актер будет возвращаться не раз, и одной из любимейших станет роль Владимира в пьесе Беккета «В ожидании Годо». Одним из первых ощутил О'Тул смысл пьесы, ее пронзительную высоту, ее человечность.
Вехи последующих лет: переезд в Лондон; выступление на сцене «Ройял Корта» – ведущего театра той поры; получение первой в жизни награды; признание не только зрителей, но и режиссеров, продюсеров; несколько блистательных ролей, сыгранных в Стратфорде в Шекспировском Мемориальном театре.
Критика отмечала его Шейлока в «Венецианском купце». Своему ростовщику, неожиданно молодому, актер придал красивую внешность, благородную осанку. Трактуя роль по-новому, О'Тул подчеркивал в ней трагедийные моменты.
Но несмотря на успех, он прерывает контракт со Стратфордом ради роли Лоренса Аравийского в фильме, посвященном памяти британского разведчика, который во время Первой мировой войны поднял в турецкой части Аравии восстание арабов против Турции.
Получив первую крупную роль в кино (до того были три незначительные, почти эпизодические), О'Тул начал к ней готовиться. Прежде всего он досконально изучил мемуары самого Лоренса Аравийского и сорок книг, написанных о нем в Англии. Затем актер поехал на место рождения Лоренса (как и О'Тул, он был ирландцем по происхождению) и беседовал с людьми, которые его помнили. Но этого Питеру показалось мало. В январе 1961 года он прибыл в Иорданию, где через несколько месяцев должен был сниматься фильм. Там актер учился арабскому языку и искусству верховой езды на верблюде. Когда в мае вся группа фильма приехала в Иорданию, она застала О'Тула вполне освоившимся с обстановкой. Он ходил в костюме бедуина, и арабы называли его тем именем, которым некогда их отцы звали настоящего Лоренса: Эль-Оренс.
Режиссер Дэвид Лин стремился к абсолютному совершенству. Для начала ему не понравился нос О'Тула – и была сделана пластическая операция. Затем изменили цвет волос. Питер внес в сценарий целый ряд собственных эпизодов – и Лин не протестовал: они были продиктованы точной интуицией и полной «жизнью в образе». Он научился часами не слезать с верблюда, он не играл Лоренса – а воистину был им.
Съемки происходили в раскаленной пустыне, в 150 милях от ближайшего оазиса. Галлон воды стоил здесь три доллара. Вокруг кишели змеи и скорпионы. Условия жизни в пустыне были невыносимо трудными, а съемки оказались весьма опасными.
Больше года шли съемки. Наконец участники этого трудного фильма, исхудавшие, изъеденные насекомыми, ослабевшие от дизентерии, прибыли в Англию. Больше всех пострадал Питер О'Тул.
Фильм «Лоренс Аравийский» пользовался большим зрительским успехом. О'Тул получил первую высокую награду (премию Британской киноакадемии). Он был неотразим как в строгом английском мундире, так и в экзотических одеждах арабского шейха. Бурный восторг вызывали грандиозные батальные сцены во главе с героем, бесстрашно мчавшимся в бой на белом верблюде…
Питер О'Тул поселился в старом лондонском районе Хэмпстед. Ему нравилось возвращаться с гастролей, со съемок в свой старинный дом, полный красивых и изысканных вещей, в которых он знал толк. Изыск сказывался и в излюбленных им костюмах, всегда причудливых, необычных, и в принадлежности к аристократическому клубу «Гаррик», объединяющему многих знаменитых людей.
По фильмам О'Тула невозможно составить себе представление о его личности. На самом деле Питер – веселый ирландец, обожающий розыгрыши, он любит петь под гитару, он – чудак и гордится своими причудами. Его в жизни не узнают и английские кинозрители. Однажды в газете появилось сообщение: «В одном районе Лондона появился бородатый парень с гитарой. Он напевал модные песенки возле кабаков. Близ одного из них его избили. Но никто не догадался, что этот „парень“ – известный киноактер Питер О'Тул».
Весной 1963 года состоялась премьера пьесы Брехта «Ваал» в театре «Феникс» с Питером О'Тулом в главной роли. Брехтовский Ваал – талантливый поэт, но одновременно это страшный человек, циник, развратник, насильник, убийца. О'Тул акцентировал в брехтовском герое мотив саморазрушения, духовного самоубийства человека, для которого нет ничего святого.
В 1963 году в Лондоне торжественно открылся английский Национальный театр (в помещении «Олд Вика»). Его художественный руководитель Лоренс Оливье в качестве премьеры поставил «Гамлета». На главную роль он пригласил О'Тула.
Участие О'Тула обеспечило Национальному театру аншлаги уже при рождении; кроме того, его веселый характер отчасти помогал разряжать обстановку. Он был джокером в чинной колоде. Он подкладывал лед в душевые артистических уборных, а на одном утреннике этот близорукий Гамлет заставил публику прыснуть со смеху, не удосужившись перед выходом на сцену снять очки в роговой оправе. Однако в целом спектакль не получился. Актер сыграл что-то из своего «бристольского прошлого», чего оказалось явно недостаточно. Времена изменились. Прежнего отзвука его Гамлет не находил…
О'Тул пытается изменить стереотип, снимается в комедиях, где можно было дать волю фантазии в поисках характерности. Он снимается в фильме «Что нового, киска?» по сценарию Вуди Аллена, где его партнер – известный комик Питер Селлерс.
Виртуозно владея техникой как внешнего представления, так и внутреннего перевоплощения, он постоянно стремился «уйти» в другого человека, а еще лучше – в другую эпоху. Дон Кихот в «Человеке из Ламанчи», Робинзон Крузо в экранизации романа Дефо «Человек по имени Пятница».
Питеру О'Тулу прекрасно удаются исторические роли. В картине «Бекет» – экранизации пьесы Жана Ануя (1964) его герой, король Генрих II, поначалу человечен, у него нежная, ранимая душа, он любит, делает ошибки, страдает. Затем человечность постепенно уходит, испаряется. О'Тул продолжил в этом образе тему, начатую в спектакле «Ваал», – тему саморазрушения личности.
Через четыре года О'Тул исполнил роль Генриха II в другом английском фильме – «Лев зимой» (1968) по пьесе Джеймса Голдмена. Король предстает в год своего пятидесятилетия, когда его дети борются за английский престол. В давшей заглавие фильму метафоре «Лев зимой» О'Тул делает ударение на втором слове. «Зима» – в каждом взгляде, каждом слове его «льва». Нет, эта зима – не надвигающаяся старость. Генрих О'Тула силен и крепок. Зимнюю пору переживает его душа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});