Читать интересную книгу "'Фантастика 2025-195'. Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко"

class="p1">Сам Йеруш сразу бы отнёс этот камень в первый попавшийся банк, даже зная, что продешевит в деньгах — ему уже очень нужен был выигрыш во времени. Но Илидор отрезал жёстко: «Я обещал продать камень гному, и ты продашь его гному», а Йеруш против обыкновения не посмел даже движением брови выразить несогласие.

Немного успокаивало, что двигались они в нужном направлении: в Полудне Йеруш узнал наверняка, что гном-ювелир достойного имени работает в Бобрыке, а Илидору в Мякоши удалось найти второго ученика мага сживления, из тех, которые ушли с Фурлоном Гамером ещё из Ануна. Ученик этот был мрачен и немногословен, об учителе говорил без всякой теплоты, но подтвердил слова Брантона: Фурлон Гамер направился неназвой в Сварью — большой посёлок с водным рынком к югу от Мякоши.

— Продадим камень и дальше будем только лететь! — отрезал тогда Йеруш.

— Правда? — переспросил Илидор с настолько нарочитым смирением, что Найло немедленно потух. — Я к тебе как вестник пришёл, вообще-то, а вовсе не как конь!

* * *

Пробежав через мастеровые кварталы, дорога поднялась на маленькую площадь, занятую уличными торговцами и попрошайками.

Женщина с крутыми кудрями, тонущая в пышных оборках, держала на шее лоточек с раскрашенными кожаными лоскутами и обещала самую правдивую ворожбу. Прыщавый толстяк продавал сильно заскучавшее сладкое тесто на палочках. В распахнутой двери цирюльни стоял тощий мужчина в сером переднике и, щурясь на солнце, чистил ножичек для вскрытия гнойников. На дальнем краю площади завывала дудка, носился туда-сюда ряженый смешила с дубиной в виде мужского признака, два бодрых жеребёнка увлечённо качались на деревянных напольных качалках вроде тех, на которые иногда ставят игрушки.

Илидор пружинисто обернулся к преследовавшей их стайке детей и деловито спросил Йеруша:

— Кого первого поймаем и продадим циркачам?

Найло, даже бровью не дрогнув, ткнул пальцем в одного из мальчишек:

— Этого. Он мелкий, ему легко ноги сломать.

Мелкий, изменившись в лице, отбежал на несколько шагов. Другие мальчишки неуверенно переглядывались — эти взрослые дядьки несли явную чушь, потому как никто не может продавать чужих детей, но своих-то взрослых рядом нет, а эти чужие и уверенные — очень даже есть.

— И ещё этого, — Йеруш шагнул к самому старшему из ватаги, тот отпрыгнул, — он страшный, как моя жизнь, всего-то останется что выбить ему все зубы да уши отрезать — и можно будет показывать как полновесного урода.

Мальчишки, ещё раз переглянувшись, дружно решили, что ну его в кочергу, и ватага с топотом схлынула обратно в мастеровые кварталы. Единственная добыча, которая им досталась — пара ремешков с пряжками, которые они успели отцепить от большого рюкзака ещё внизу.

— То-то же, — порадовался дракон.

Йеруш Найло уже выкинул из головы детей. Схватив за грудки подвернувшегося лотошника, он выяснял, где в этом прекрасном городе найти ювелира Рунди Рубинчика и приличный спальный дом, в любом порядке. Лотошник, испуганно глядя в бешеные сине-зелёные глаза эльфа, тараторил и махал руками, лоток на его шее съехал набок и на нём смешались в кучу пряничные лошадки и человечки.

Достойный спальный дом с хранилищными ящиками нашёлся неподалёку. Перепоручив хозяевам огромный Йерушев рюкзак, Илидор облегчённо застонал, с хрустом потянулся и пожелал немедленно съесть завтрак, а лучше два.

Однако Йерушу слишком сильно горело добраться наконец до ювелира, потому в спальном доме завтракать не стали и в харчевни тоже не пошли, а по дороге купили уличной еды: запечённые в тесте кусочки кроликов, пироги с капустой и свекольными листьями. Найло больше тревожился и озирался по сторонам, чем ел. Илидор заглотил свою порцию, почти не жуя, и плотоядно посматривал на попутные лавочки при пекарнях, где продавали сладости: засахаренные вишни, жареные в тесте яблочные дольки с пряными приправами, булочки с орехами, пряники. Но Йеруша было не остановить и даже не замедлить.

Лавка ювелира Рунди Рубинчика находилась в бойком месте: на самом выходе к площади Пёстрой, где утром торговали простонародные, а вечером приличные торговцы тканями, ароматными маслами и всякими мелочами, по полудням вещал глашатай, если было о чём, по вечерам в значные дни устраивались празднества с угощениями. Сейчас на площади было пусто, только по наспех уложенному помосту скакали акробаты в линялых тряпках и орал что-то зазывала в затрёпанных мехах.

— Не город, а сплошной балаган, — проворчал Йеруш, выискивая взглядом ювелирную вывеску.

Илидор едва его услышал. Что-то притягивало его взгляд к линялым акробатам, и дракон уже почти поймал узнавание за хвост, но тут Найло, издавая взволнованные восклицания, утащил его за угол, заприметив кованую вывеску в форме колечка.

Ювелир Рунди Рубинчик оказался на месте, в лавке его было пусто, и гном не возражал вести дела с посетителями, пришедшими пешком. Он не выглядел хворым, источал ощущение покоя и основательности, и Йеруш от счастья готов был расцеловать Рунди прямо в седоватые бакенбарды и впечатляющий нос.

Пока Найло сбивчиво излагал своё дело и выколупывал сумеречный камешек из мешочка, Илидор ходил по маленькой светлой лавке, где на многочисленных полках за коваными дверками лежали камни, украшения и кусочки металлов. Все подлинные, насколько дракон мог судить в окружившем его многоголосии: камни напевали тихонько и радостно. В лавке было чисто, светло и до того уютно, что Илидор поймал себя на желании свернуться, урча, в пятне падающего из окна света.

Окна, хоть и небольшие, натыканы часто и сплошь из стекла, и дракон проникся к ювелиру ещё большим уважением. Известная фамилия — это, конечно, хорошо, но каждый представитель важных фамилий достоин или недостоин дел предков в меру собственных личных качеств (Йеруш Найло — неплохое тому подтверждение). А обилие чистого света из окон указывает, что ювелир стремится демонстрировать камни при естественном освещении, чтобы покупателям понимали в точности, как будет выглядеть купленное украшение в обычный день и при обычном свете.

Ещё во время Донкернаса, когда Илидор то и дело разыскивал драгоценные камни, он наслушался историй о ювелирских ухищрениях, и рад был, что этот гном, похоже, не стремится морочить голову клиентам и строить из себя того, кем не является.

Пока Илидор осматривал лавку, Йеруш завершил свой рассказ, а ювелир вдоволь насмотрелся на камень через выгнутое стёклышко. Теперь Найло нетерпеливо подпрыгивал перед столом-прилавком:

— Так что, ты купишь этот камень?

Рунди Рубинчик с достоинством наклонил голову.

— Полагаю, я хорошо заплачу за него.

Найло опёрся ладонями на столешницу, подался вперёд, вскинув брови.

— Спешишь, что ли? — прокряхтел гном. — Спешить