Читать интересную книгу "Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон"

пропасть. Я чувствовала страх и одиночество, поэтому подбежала к Нику, села у его ног и подняла на него взгляд.

– Не позволяй этому разлучить нас, – прошептала я. Вот единственное, что я сумела выдавить из себя. Похоже, я даже не понимала, насколько нам обоим плохо, пока не услышала признание Ника, сделанное полчаса назад.

Он посмотрел на меня и поднес сигарету к губам. Я начала ласково гладить его по руке. Он хмуро таращился на меня и стряхивал пепел в пепельницу.

Я встала и пересела к нему на колени, обхватила его лицо руками, чтобы он посмотрел мне в глаза.

– Мне нужно побыть одному, Ноа, – еле слышно сказал он.

Мои руки потянулись к его затылку, хотелось погрузить пальцы в его волосы, избавить Ника от тоски и злости, которые он до сих пор всеми силами пытался контролировать. Он вскинул руку, чтобы удержать мою, мешая мне продолжать ласкать его.

– Не играй со мной, Ноа, не сейчас. – Голос Ника был резким и холодным, и я была вынуждена слезть с его колен.

Я поняла, что ситуация усугубилась. Николас поднялся и обошел меня, едва коснувшись, но я преградила ему путь.

– Послушай, Ник… да, я причинила тебе боль, ты боишься, что я брошу тебя, но ты не можешь игнорировать меня. Не можешь!

Он смерил меня яростным взглядом.

– Я игнорирую тебя, потому что пытаюсь контролировать себя!

Я была поражена его раздраженным возгласом, но старалась сохранять спокойствие. Николас глубоко вздохнул и снова заговорил.

– Я мог бы помочь тебе оплатить обучение, – заявил он, серьезно глядя на меня.

Я на миг зажмурилась. Я знала, что он скажет это, но не могла принять.

– Но я тебе просто не позволю, – ответила я.

– Ноа, я предлагаю вариант, который удовлетворил бы всех. Почему ты до сих пор не понимаешь, что твои решения влияют на нас обоих, а не только на тебя? – воскликнул Николас.

– Он не удовлетворит меня, Ник! – возразила я, тщетно стараясь держать себя в руках и тоже сорвавшись на крик. – Если жизнь с тобой подразумевает войну с родителями, а также полную финансовую зависимость от тебя, я возненавижу быть здесь… разве ты не видишь?

– Ты не права, Ноа! Все, что я вижу, – тебя в окружении других людей, а меня нет рядом. Вот и все!

– Я никогда не давала тебе повода ревновать, и именно поэтому ты сейчас такой.

– Не мели ерунды, я тоже не давал тебе ни малейшего повода.

Я попыталась придумать, как объяснить Нику, что ревность может быть приемлемой до какой-то степени.

– У меня больше мотивов, чем у тебя. У тебя было больше женщин, чем пальцев на руках. Я отдала тебе все, ты в курсе, Ник, я целиком и полностью твоя, но ты не доверяешь мне.

– Ты знала, с кем встречаешься, я не могу изменить свое прошлое.

Невидимая стена между нами убивала меня. Конечно, я прекрасно представляла, с кем встречаюсь. Но я ведь не поэтому выбрала Николаса, так уж получилось – я просто влюбилась раз и навсегда. Но вышеперечисленное не отменяло того факта, что Ник и его действия влияли на нас обоих.

– Отношения без доверия не построить, Ник.

Его взгляд буравил мое лицо и потемнел от гнева.

– Ноа, мне не нужно доверять, мне необходимо, чтобы ты была рядом.

Несмотря на то, что он жутко злился, я быстро нашлась с ответом.

– Сейчас я здесь, что дальше?

Николас покачал головой.

– Только наполовину. Всегда только наполовину, Ноа, – упрекнул он и направился к двери с явным намерением покинуть комнату.

– Я рядом, Николас! – воскликнула я, едва не заплакав.

Сейчас я уже не понимала, чего он хочет: я дала ему все, что у меня было, – все, что могла дать.

– Нет, ты не здесь, Ноа! – взревел он, поворачиваясь ко мне.

– Я здесь настолько, насколько могу быть.

– Думаю, придет время, когда этого будет недостаточно.

Я уставилась на Николаса. Меня захлестнул ужас. Произошло то, чего я всегда боялась: я недостаточно хороша для него.

– Несправедливо, что плачешь именно ты, – пробормотал он через несколько секунд, не отрывая от меня глаз.

– Я плачу, поскольку не могу дать тебе то, что ты хочешь… и боюсь, что ты в конечном итоге устанешь от меня, – призналась я, всхлипывая и с трудом сдерживая новый приступ слез.

Я не могла выносить, что разочаровываю его. Хотелось убежать отсюда, но я чувствовала, что у меня нет никаких сил, и не хотела закатывать очередную истерику.

– Мне пора, – объявила я, вытирая щеки и глядя в сторону.

Николас несколько раз вздохнул, а потом пересек комнату, заключил мое лицо в ладони и поцеловал.

Поцелуй был таким крепким, что я вцепилась в руки Ника, чтобы удержаться на ногах.

– Даже через тысячу лет я не устану от тебя. – Он снова прижался к моим губам, а затем одним движением увлек на кровать, а сам лег сверху.

Он принялся осыпать меня поцелуями, и, несмотря на его нежные ласки и красивые слова, я заметила, что сейчас все по-другому. Ник прикасается ко мне, обнимает, снимает одежду, но не из любви, а скорее как способ борьбы с самим собой.

Я причинила ему боль, и это имело последствия. Поцелуи усилились… его губы начали прокладывать извилистую дорожку из горячих поцелуев и покусываний по моей шее и груди, пока не дошли до бедер.

– Ник… – хрипло прошептала я.

Николас не слушал меня, он терялся в моем теле, целуя каждый сантиметр обнаженной кожи, который только находил.

– Тсс… не хочу больше говорить, Ноа, – сказал он, правой рукой стягивая с меня трусики и продолжая ласкать левой. – Мы уже сказали друг другу все, что должны были. Не сейчас.

Его губы вновь заскользили по моей коже, и я решила забыть обо всем.

Я не могла уснуть.

Ник ровно дышал рядом со мной, погрузившись в глубокий сон. Я крепко прижалась к его боку. Его руки обвили мое тело, он словно хотел убедиться, что я не могу сбежать.

Я наблюдала за ним, изнемогая от сильной ностальгии.

Ночь была настолько интенсивной как физически, так и эмоционально, что я ощущала себя разбитой. Я аккуратно высвободилась и пошла в ванную комнату, чтобы умыться и