Читать интересную книгу "'Фантастика 2025-65'. Компиляция. Книги 1-29 - Виталий Свадьбин"

не пойдёт! Только честная дуэль! Дуэль! Тим, ты записываешь всё на камеру?

— К ч-чёрту дуэль! — едва не захныкал Замойский, высунувшись из окна машины. — Эта мерзавка… эта мерзавка пнула меня в пах! Проткнула ногу Прохору! Ухо… ухо охраннику откусила. А потом захватила оружейную! Сейчас в донжоне! Закрылась в башне и отстреливается! Спаси нас от этой стервы!

Глава 32

Смертоносная Дева

Мы переглянулись со Степаном, он еле сдерживал улыбку. Я слегка подуспокоился, но негодование всё ещё бурлило в крови.

— Так. А теперь объясни меня, чего ты хотел добиться, когда выкрал её среди бела дня. Ты мне что-то показать хотел? Ну, показал. А я предупреждал, что с ней лучше шутки не шутить?

— Да выпил я просто! Перебрал! И помнишь — мы про дуэль говорили? Вот, решил тебя проучить! Ну что, разве с тобой такого не бывало! Мы же аристо! Имеем право, ведь так? Недоразумение вышло…

— Это не недоразумение, — продолжал я. — Кража второго лица в иерархии клана — это повод для объявления полномасштабной войны. Будь мы птицами покрупнее, Антон, наши войска бы уже были бы стянуты к границе, а авиация… да, нет тут авиации, хорошо, а флота уже обменивались бы артиллерийскими ударами и бомбили прибрежные поселения. И — нет, я никогда не позволял себе напиваться до состояния, когда совершаю настолько тупые и опасные для своей же задницы поступки. Так что ты не прав, Замойский. И ты должен ответить за свой поступок.

— Слушай, давай мы сейчас решим проблему с твоей сенной девкой, а потом уже будем разбираться, кто прав! — проворчал Антон. — Поехали, поговори с ней, забери её! Только все — кроме неё!

Он указал трясущимся пальцем на тётушку Марго, которую окружали подростки с хутора.

— Я останусь при условии, если вы выдадите мне двоих человек, — хмуро сообщила она. — Без оружия. По эту сторону ворот. Постоим снаружи, посторожим, пообщаемся, пока Александр прокатиться к вам в гости.

Сторожить пути отступления — это разумное решение, подумалось мне.

— Эта стерва хочет взять моих людей в заложники⁈ — взъерепенился Замойский.

Я покачал головой.

— Во-первых, не стерва. Во-вторых — не в заложники, а в свою личную охрану. Забери стволы у этих двух людей и отдай их тётушке Марго.

Замойский сделал небрежный жест рукой, скомандовав двум охранникам пойти к Марго. Странный жест, подумалось мне. Или он настолько пьян, что не понимает, насколько это опасно, или он настолько верит способностям своих людей…

Я взглянул на тётушку Марго. Похоже, её ситуация устраивала. Ну, мы и поехали.

Я наконец-то очутился в логове врага.

Мимо нас проносились поля, тепличные комплексы, мини-фабрики Замойских. Гаражный бокс на двадцать с лишним машин. Конюшня — с тем самым дорогим скакуном для скачек и мини-ипподромом. Здания старые, лет тридцати-сорока, не меньше. А замок Замойского вырастал впереди. Он казался всё больше и больше, нависая над дорогой и хибарами черни. Именно хибарами — прислуга у «барей» жила, судя по всему, в максимально хреновых условиях.

По правую руку в километре тянулся горный кряж — куда-то туда по просёлочной дороге должен был вырулить Рустам на Антилопе Гну. Эх, всё же, криво мы рассчитали по карте. Далековато — почти километр. Конечно же, пистолета-пулемёта оттуда не хватит.

Да и вообще, вдруг вспомнил я — большинство стрелковых орудий в этом мире не бьют на дальность выше одного-двух километров. Тут тебе дальнобойные гаубицы и противотанковые орудия бесполезны. Только ближний бой.

Мы остановились у вторых ворот — за сотню метров перед имением. Там раскинулся небольшой сад, Башня возвышалась на уровне пятого этажа. И как только красный кадиллак Замойского проехал через ворота, короткая автоматная очередь расчертила улицу.

— Ложись! — заверещал Замойский.

Степан едва не въехал в бампер кадиллаку. Интересное бы тогда ДТП получилось, подумалось мне. Хотя больше всего я почему-то запереживал про лошадей. Видимо, потому что помнил откуда-то, что раненая лошадь порой способна наделать куда больше делов на поле сражения, чем пуля ранившего её стрелка.

Где-то в кустах у замка стонал и хныкал раненый подручный. Оттуда раздалось два выстрела в сторону окна на последнем этаже башни.

На узком окне виднелись приделанные на старинный манер решётки из кованых лент — неплохая средневековая броня, как раз, чтобы ствол выставить. А шальная пуля из чего-то некрупнокалиберного вполне в таких лентах увязнет.

Замойский тут же юркнул под приборную панель.

— Дура! Больная! Александр, сделай что-нибудь!

За спиной Макшейн прошепелявил внучатому племяннику:

— Чего стоишь, болван! Снимаешь? Хорошо! Такие кадры!

Я не торопился ничего делать. Наблюдал, как к Замойскому подбежал, на корточках, перебежками от укрытия к укрытию какой-то лысый мужичок, судя по одежде, похожий на камердинера. Видимо, докладывал ситуацию.

Ситуация, очевидно, была крайне, крайне хреновая. Замойский вскочил, обернулся на меня и проворчал:

— Она ранила моих людей! В ноги! Вы мне будете должны мне двух бойцов!

Я усмехнулся.

— Как будто бы это я в этом виноват. Замойский, выбирай более безопасных девушек для кражи в своё имение! Предупреждал же. Смертоносная Дева же.

Похоже, меня услышали, и из башни донёсся голос Ангелины:

— Александр! Это ты?

— Ага! — крикнул я в ответ.

— Это ты чего… за мной пришёл?

— За тобой, ненаглядная. Слезай давай.

— Не вылезу! Скажи, а я много подстрелила?

Я взглянул на Замойского. Он почему-то тихо показал мне на пальцах и прошептал «два».

— Двоих, говорят.

— А я им яйца отстрелила? Я целилась в яйца!

— Только в ноги.

— Вот чёрт! Теряю навык! А можно ещё пару раз попробую?

— Ангелина. Хватит шутковать. И не пали куда не попадя, тут ещё и… наши люди есть. И лошади! Вылезай давай. Я с Замойским уже поговорил, он больше не будет.

— А вот и не вылезу, а вот и нет! Тут пулемёт ещё есть… Я, правда, с таким не работала, не могу разобраться, как ленту вставить… сейчас снова попробую!

— Пулемёт! У неё пулемёт! — запаниковал камердинер. — Хозяин, прикажите…

— Ещё не время, — проворчал Замойский. — Мы подождём. Дадим время — минут двадцать. А после…

— И чего после? — я насторожился.

Замойский снова принял свой издевательско-надменный вид.

— Думаешь, только у тебя есть хитрые пробирочки, де Онисов? Мой двоюродный братец тоже много чего умеет! Бранимир! Твой