Читать интересную книгу "Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов"

Разумно избавиться от мест, в которых может притаиться шпион – или бесшумный и быстрый, как смерть, убийца с бледным лицом уроженца Рамаша…

Кроме владетеля и наследницы, за столом со стороны Кьертании были только пара отцовских советников и переводчик – Омилия неожиданно остро ощутила численный перевес хозяев, когда, опоздав всего на минуту – и всё-таки опоздав, – в зал явилась императрица Тиата в сопровождении дочерей, советниц, охраны.

После долгих и пышных приветствий, когда все расселись, начался разговор. Как положено, говорили об изменениях климата, и о последних новостях из Кагадки, и об авденалийских тканях, с неожиданным успехом заполонивших международный рынок…

Омилия с удовлетворением отметила, что понимает почти всё – во всяком случае, пока слушает сосредоточенно, – и это несмотря на пышные словесные кружева. Вуан-фору эта цветистость вообще свойственна – даже в базарной толчее, и уж тем более здесь.

Императрица в разговоре не участвовала – медленно переводила взгляд с лиц кьертанцев на лица своих людей, не улыбалась и не хмурилась.

Следить за разговором становилось труднее – речь зашла о торговых путях и ввозных пошлинах.

Но она крепилась, понимая: всё, о чём говорится сейчас, – только закуски, подаваемые перед основным блюдом.

Дым от курильниц, запрятанных в тёмных углах, пах душным цветением. Глаза слезились, но Омилия держала спину прямо и старалась отвечать на взгляды сопровождающих императрицы не мигая, лишь слегка приподняв уголки губ – ровно так, как советовала бы мать.

– К сожалению, ситуация в Алой пустыне продолжает ухудшаться, – произнесла одна из императорских советниц, старуха, покрытая татуировкой.

Речь шла о бесконечных войнах за тейн – то, из-за чего вуанфорцам в первую очередь столь остро необходимы препараты. Косметика на лицах, драгоценные игрушки для знати – лишь приятная деталь на более масштабной картине.

– Печально слышать, – отозвался отец. – До нас доходили сведения о последних действиях рамашцев на поле боя. Мы осуждаем их.

«И вместе с вами скорбим о погибших», – добавила бы мать.

Императрица медленно кивнула – качнулась величественная причёска – и наконец присоединилась к беседе.

– Поле боя – полбеды, – произнесла она хрипловато, как человек, который не привык к разговорам. – Но рамашцы атаковали несколько наших станций по добыче тейна. Погибли невинные – не воины, старатели. Каждая капля их крови, упавшая на алый песок, для нас – потеря невосполнимая. Это зло Вуан-Фо не может оставить безнаказанным.

Насколько Омилия знала из книг, по которым освежала свои знания о регионе, Вуан-Фо не гнушался делать то же самое в отношении рамашских станций. Но она с готовностью придала лицу приличествующее моменту выражение возмущения и сочувствия.

Владетель кивнул:

– Любой правитель согласился бы с вами.

– Вы знаете, что окончательное решение спора о тейне – вопрос выживания для Вуан-Фо. Сохранения нашей культуры, нашего образа жизни, – продолжила императрица.

В этом она не лукавила. Однако тейн был основой жизни и для Рамаша.

Вуан-Фо извлекал из тейна магию, рамашцы – нечто иное, положенное в основу мощнейших вычислительных машин и всего того, что они приводили в мир.

Сокровище Алой пустыни было равно необходимо и рамашцам, и вуанфорцам. Кроме того, добывая его разными способами, и те и другие постепенно меняли самый характер тейна, а значит, и возможный метод его использования… Баланс можно было бы соблюсти, не пересекай ни одна из сторон так называемую золотую границу. Но на деле не проходило и года без попыток прорвать её – ведь захвативший Алую пустыню целиком получил бы всё и навеки сокрушил бы соседа.

Никто не мог уступить.

– Если баланс сил сдвинется дальше, рамашская зараза распространится слишком далеко. Сама магия как основа нашей жизни окажется под угрозой.

Голос императрицы звучал спокойно, почти вяло. Трудно было поверить в серьёзность опасности, о которой она говорила, – но Омилия чувствовала, что воздух трепещет от напряжения.

Императрица умолкла, будто утомившись, и старая советница, словно принимая мяч в игре, добавила:

– Разумеется, сейчас не идёт речи о том, чтобы сдвинуть золотую границу. Мы не стремимся стать угрозой Рамашу и ответить вероломством на вероломство…

«Пока что».

– …но нам необходимо освободить станции и заставить рамашцев вернуться за золотую границу, туда, где им место… В соответствии с договором, о котором они в очередной раз сочли возможным позабыть, как только представился случай. Даже у ящеров, населяющих пустыню, больше чести. Да, они убивают больше мелкой живности, чем могут съесть, но, по крайней мере, не подличают и не лгут.

Владетель кивнул. На его месте Омилия хранила бы молчание как можно дольше, предоставив хозяевам самим изложить свою просьбу, – но отец заговорил.

– Кьертания понимает вашу нужду.

Императрица кивнула одной из дочерей – изящной, как лилия, со взглядом непроницаемым, как безлунная ночь, – и та улыбнулась владетелю, заставив Омилию вспомнить, что рядом с ней сидит не только её отец и владетель, но ещё и мужчина.

– Нет способов, которыми мы не были бы готовы отблагодарить вас и отплатить за вашу дружбу, – пропела она голосом сладким как мёд. – Моя императрица и мать, все мы сделали бы всё возможное, чтобы избежать новой просьбы о помощи. Однако кровь павших взывает о мщении. Алое солнце взошло для столь многих…

Омилия с изумлением увидела, как две сверкающие, как хрусталь, слезинки сбежали по идеальной коже и сорвались с точёного подбородка.

– Нам требуется произвести больше оружия, и поскорее, – добавила старая советница голосом расчётливого дельца – без следа медовой мягкости. – Если будем действовать быстро, отбросим их за золотую границу раньше, чем наступит новая весна. – Она кивнула высокому мужчине, сидевшему по левую руку от императрицы, и тот пустился в долгие объяснения, которые – из-за обилия слов и выражений, относящихся к деталям ведения войны, – Омилия понимала лишь отчасти.

Зато она хорошо понимала другое: вуанфорцам требовались препараты, много препаратов для их оружия и их войны, но до сих пор они ни слова не проронили о том, чем, кроме благодарности, собираются расплатиться.

Заговорил один из отцовских советников – медленнее обычного, поглядывая на переводчика.

– Нам потребуется серьёзная поддержка Кориталии, если владетель сочтёт нужным принять такое решение…

Отец выглядел недовольным, но Омилия ощутила невольную симпатию к советнику.

И при чём здесь Кориталия? Омилия припомнила свои уроки. Конечно, именно там, в глубине маленького зелёного континента, производились контейнеры, делающие возможной переправку препаратов через океан. Кьертанская альтернатива была слишком долгой и сложной в производстве – и не закрывала потребности экспорта… Вуан-Фо нужны были большие партии, и быстро. Потребуется помощь Кориталии, а значит, за нее тоже придётся расплачиваться.

– Разумеется, мы предоставим достаточно товаров, чтобы правители Кориталии