Читать интересную книгу "Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов"

развитием ситуации – и первыми поставим читателей в известность, когда…»

Газета «Светоч Кьертании»

«Препаратор выйдет сухим из воды?»

Газета «Таинственное и необъяснимое»

«Эрик Стром на свободе – справедливость восстановлена!

Теперь знаменитый ястреб лично окажет содействие в поимке настоящего убийцы».

Сорта. Мой ястреб

– Всё это так просто не кончится, – бормотал Барт, подливая всем чая. – Гибель Горре, схватка в Южном… они не смогут просто замести это под ковёр.

– Ты что, не знаешь Химмельнов? – фыркнула госпожа Анна, делая глоток и морщась. – Ну и дрянь, Барт! Где – и главное, зачем – ты берёшь этот чай?.. Газеты кричали об аресте Строма на каждой полосе, а вот о том, что он вышел – так, заметочка на треть страницы. О нашей забастовке – ничего. Как будто и не было.

– Но мы ведь победили, так? – спросил мужчина, сидевший рядом с ней, чьего имени я не знала. – Ведь так?

Ему ответили молчанием – все хорошо знали ответ.

Я слушала общий разговор вполуха, плавая в жаре, идущем от камина, как в горячей воде. Я уже очень давно не спала нормально, и теперь – Стром освобождён и отправлен под присмотр кропарей, препараторы ушли с площади, забрав тело Горре, чьи родные, говорят, получили щедрую компенсацию – чтобы не поднимали шума или из уважения к его таланту?.. Говорят, работы Горре в десятки раз подскочили в стоимости после его гибели.

Я чувствовала, что могу уснуть прямо тут, скорчившись в огромном продавленном кресле в гостиной Барта.

Никто не знал о моём визите к Биркеру Химмельну. Я сама понятия не имела, как именно он добился освобождения Строма – но прямо сейчас мне было плевать.

Всё закончилось. Стром был жив и свободен. Ни я, ни мои сёстры не пострадали… И, кажется, Химмельны и планировали не поднимать шума из-за случившегося. Если вдуматься – и вправду самая разумная политика. Очень скоро – может быть, даже завтра – жизнь пойдёт своим чередом. Никому не хочется думать о смертях и забастовках, несправедливости и хрупкости всего того, что кажется незыблемым.

Людей легко убедить ни о чём не думать. Химмельны об этом знали.

Гибель Горре была снегом, готовым в любой момент сойти с горы лавиной. Будь среди нас лидер, желавший разжечь недовольство препараторов сильнее прежнего, Горре стал бы мучеником.

Но большинство препараторов поверили, что добились своего, а остальные не были готовы делать решительных шагов прямо сейчас… И Горре стал случайной жертвой.

С тех пор я всегда обходила тот переулок, будто тело художника всё ещё было там.

Я слышала, что многие стали приносить остролисты – любимые цветы Горре – на место его гибели, и что охранители время от времени убирали их… но сама не пришла ни разу.

Не участием в забастовке – игрой с Белым мотыльком я добилась своего… и больше не хотела лезть на рожон.

Не теперь, когда Стром свободен, а Сердце Стужи – так близко.

– Позаботься о нём, – сказал Барт, провожая меня до двери. – Его членство в Совете Десяти приостановлено – мальчик будет в ярости, когда узнает… Но с этим, боюсь, ничего не поделаешь. Слишком много грешков Эрика всплыло, пока Олке под него копал. К счастью, мелких грешков… О больших Олке только догадывается.

Мне хотелось спросить об увиденном в ангаре, но я промолчала.

– У отдела ничего не выйдет, – твёрдо добавил Барт. – Он ничего больше не найдёт. Мы об этом позаботимся. Но Эрик доставил им слишком много хлопот… это не могло остаться совсем без последствий. Думаю, мы легко отделались.

«Ничего не изменилось, – хотела сказать я. – Вы не добились ничего. Даже Строма освободили только благодаря мне. Забастовка ничего не изменила… Мир остался таким же несправедливым, каким был всегда».

Но, само собой, я ничего не сказала.

Я сама не была бы готова идти до конца – так как могла требовать этого от других?

И всё же с того самого дня, как я увидела Горре лежавшим там, в переулке, с его удивительной головой, проломленной самым обычным камнем, что-то новое поселилось во мне.

Желание Эрика Строма, ставшее и моим желанием, было теперь куда более личным, чем прежде…

И, думая о встрече с Эриком, о предстоящем нам новом походе за Сердцем Стужи, я трепетала от нетерпения и страха.

Впрочем, не только они заставляли меня трепетать.

* * *

Спустя несколько дней Эрик Стром всё ещё не вернулся домой, и вечерами я тихо сходила с ума от беспокойства, сидя у камина с одной из его книг и по нескольку раз перечитывая одну и ту же страницу.

Тогда же я обнаружила новые чёрные следы от эликсиров под собственной кожей. Особенно заметными они оказались на груди, руках и ногах. Я долго разглядывала себя в зеркале, привыкая к очередной новой черте в облике. Я не знала, удастся ли убрать их в процессе реабилитации – о таких вещах препараторы быстро привыкают не думать.

Я перемыла всю посуду, дважды протёрла полы, вычистила камин – всё это не уменьшило тревогу. Я не послушалась ястреба – и вряд ли для Строма послужит оправданием то, что я спасла ему жизнь.

Забастовка завершилась. Я вернулась в центр. Кропари и охотники, не покидавшие рабочих мест, посматривали на меня косо – а может, мне это только казалось.

В отсутствие Эрика мне приходилось участвовать в коллективных охотах в составе групп на слое Мира, и, кажется, наставник мог бы мной гордиться. Я была точной, собранной, быстрой. Здесь я не думала о косых взглядах или Строме. Здесь, как и всегда, не было места ничему, кроме Стужи.

Как ни странно, здоровье Строма меня не тревожило. Я так привыкла видеть его сильным, несгибаемым – казалось, всё ему нипочём – что даже такое долгое пребывание под опекой кропарей меня не смутило.

И в самом деле, когда очередным вечером – на город опускался необычайно яркий, оранжевый закат – входная дверь наконец открылась, и я безошибочно узнала звук его шагов, Стром выглядел точно так же, как всегда. Разве что заметная темнота под глазами выдавала, что ещё недавно он был нездоров.

Он был одет просто – на чёрном плаще больше не было знака Десяти, заключённого в круг. Я заметила, что кожа вокруг разъёма у него воспалилась, а следы от эликсиров на руках казались чернее обычного.

Не поздоровавшись со мной, он подбросил дров